Моя (не) родная

Его руки легли мне на бёдра, взгляд поднялся от живота до лица.

Казалось, ещё немного, и он возьмёт меня за ягодицы прямо здесь, при Мироне. Опасаясь, что он может выкинуть нечто из ряда вон, я придержала его, посмотрела с предупреждением.

– Весомый аргумент, – пальцы его шевельнулись, и по моему телу пробежали мурашки. В животе вдруг стало тепло и щекотно. Я сильнее сжала его руки.

– Даня.

– Будем осваивать новое гоночное средство, – сказал он и подмигнул Мирону. – За двести на этом не выжмешь, но раз колёса есть, возьмём всё, что они дадут.

* * *"

"Что именно имел в виду Данил, настаивая, чтобы его отпустили домой, я не уточняла.

Вызвала такси, выбрав конечной точкой маршрута нашу с Мироном квартиру. Можно было соблюсти нейтралитет и отправиться к родителям, но мне не хотелось. Я бы могла придумать десяток отговорок и оправданий, но правдой было только одно: я хотела, чтобы мы были только втроём.

– Едем ко мне, – категорично отрезал Данил, поняв, куда мы направляемся. Назвал водителю адрес другой квартиры.

– Мы можем завести тебя, если хочешь, – предложила я, заведомо зная ответ.

 – Только не уверена, что со своей ногой ты долго там протянешь.

Он сжал зубы, сердито глянул на меня.

– Ну так что? – подал голос водитель.

– Как ехали, так и едем, – нехотя ответил Данил.

Что я не учла, так это отсутствие в доме лифта. Привычный подъём по лестнице растянулся по времени в несколько раз, а когда мы всё-таки оказались в квартире, чувство было, что разгрузили вагон. Запыхался даже нёсший Данину сумку Мирон. Только я подумала, что кого-то тут не хватает, из-под мотоцикла появилась заспанная мордочка. Мяукнув, Ягуарчик потянулся и широко зевнул.

Глаз у него всё ещё тёк, но теперь хотя бы открывался.

– А ну иди сюда, – Данил кое-как нагнулся и поднял котёнка за холку.

– Даня! – гневно воскликнула я.

На что разозлилась сильнее, не знаю: то ли на его нежелание соблюдать осторожность, то ли на грубость. Он хмыкнул и посадил кота на ладонь. Судя по тому, как тот замурлыкал, стоило Данилу почесать его за ухом и погладить второй рукой, в обиде он не был.

– И вот этого шпингалета ты назвала Ягуаром?

– Посмотрим, что ты скажешь, когда он подрастёт.

Данил почесал котёнка под шеей, и тот нагло задрал голову.

Ощущение складывалось, что, если бы он мог пустить слюни от удовольствия, так бы и сделал. Хоть бы раз так у меня заурчал! Сразу стало ясно – признал вожака. Мне даже обидно стало. Я его два дня нянчила, как грудного ребёнка, провела несколько часов в ветклинике, а как явился этот…

– Когда подрастёт, тогда и будет видно. Пока это не Ягуар, а соплёныш, – он слегка поморщился. – Эй, ты, – приподнял его головку за подбородок. Да, соплёныш самый настоящий.