Моя (не) родная

– Ну всё, – я погладила Мика по голове. Пора было перейти к разговору с его хозяином.

– Пойдём в комнату? Хочешь чего-нибудь? Могу предложить тебе кофе, – поняв, что приветственные игры закончились, наконец заговорил Игорь.

Я отрицательно качнула головой. Игорь, похоже, другого не ожидал. Опёрся на тумбочку, сложил руки на груди.

– Я ненадолго.

– Это я понял.

Между нами образовалась неловкость, какой не было ни разу за семь лет. Даже когда он увидел Мирона, даже когда тот во время нашего похода в парк аттракционов заявил назвавшей Игоря его папой женщине, что Игорь никакой ему не папа, её не было.

– Нельзя войти в одну реку дважды, – Игорь первым нарушил молчание. – Ты ведь это пришла сказать?

– Нельзя войти в одну реку дважды, не намочив ноги. Да и нужно ли в неё входить? – Лабрадор мягко прикусил мою руку, поддел носом, требуя ласки и внимания. Я вздохнула. Потрепала его по голове. Подняла взгляд на Игоря. – Мы бы могли продолжить, Игорь.

– Но ты за меня не выйдешь, – он усмехнулся уголками губ. – Тогда не вышла и сейчас не выйдешь.

– Сейчас ты мне и не предлагал, – заметила я, чуть улыбнувшись. – Я тебя слишком люблю. Другой любовью, – я подошла к нему. – Ты когда-нибудь думал, почему за всё время мы с тобой ни разу не переспали? Только не говори, что дело во мне. Не во мне. Вернее, не только во мне.

Он смотрел пристально, не касаясь меня. Руки всё ещё были сложены на груди, но разделяющие нас сантиметры не превращались в пропасть.

– Ты мне как брат, – тихонько сказала я. – Очень близкий друг. Но я не хочу использовать тебя. Жизнь не такая долгая, чтобы превращать её в болото. Выпить кофе и сходить на карусели мы ведь можем без колец и перехода в горизонтальные отношения. Для этого, – я усмехнулась, сморщив нос, – другое должно быть. Так, знаешь, чтобы горячо, пусть даже больно порой. Но не так, как у нас с тобой.

– Как у вас с Данилом? – короткий вопрос, в ответ на который я смогла лишь промолчать.

Игорь подтянул меня к себе за край кофты. Тронул моё лицо, и это прикосновение откликнулось внутри спокойным теплом. Но не внизу живота и даже не в сердце – в душе.

– Как у него, не знаю. Да и как у меня… – хмыкнула я. – Но лучше так. Прожить жизнь и не узнать, что такое любовь, это грустно.

– Даже если любовь приносит разрушения?

– Угу, – я кивнула. Прижала его руку к щеке и отпустила. – Я хочу, чтобы ты нашёл ту, что будет любить тебя. Чтобы это было так… – приподняла руку, сделала неопределённый жест.