Московский Лес-4. Леса хватит на всех

«Хотя, такую, пожалуй испугаешь…» - подумал Егор, любуясь подругой. Татьяна с независимым видом стояла возле венткиоска – «маузер» с примкнутой кобурой-прикладом взят наизготовку, взгляд острый, сейчас готова стрелять в любого клыкастого, шипастого и даже ползучего агрессора. Которыми пока, к счастью, даже и не пахнет – окрестная живность, как и положено всякой сколько-нибудь вменяемой лесной твари, унюхала дымок от разведённого костерка и предпочла убраться прочь. Кто их знает, этих двуногих, с чем они явились и что задумали?..

Вода в котелке уже закипала, пузырясь крупными бульбами и выплёскиваясь с шипеньем на угли. Егор порылся в рюкзаке и извлёк обшарпанную жестяную коробку. На круглой крышке сохранился рисунок – реклама давно забытого сорта сдобного печенья.

- Бич поделился. – Он встряхнул коробку и её содержимое зашуршало, пересыпаясь. – Он сам смешивает: душица, сушёные малиновые листья, травки какие-то из Дружбинской коммуны. А заваривать лучше по-особенному, на плитке, в ГЗ так не получится. Ну-ка, давай руку…

Он сыпанул ароматного крошева в подставленную лодочкой девичью ладонь.

- Теперь – швыряй прямо в кипяток, только посильнее. И смотри, не рассыпь, мало осталось.

Татьяна закусила губу, и коротко размахнувшись, швырнула заварку в воду. И, прежде, чем она успела возразить, Егор сунул в котелок заранее извлечённую из костра тлеющую головню. Зашипело, вспенилось, повалил душистый пар.

Тоже Бич научил? – спросила она, скептически разглядывая бурую пену.

- И он тоже. А так - отец показал, ещё давно, в детстве. Я же из Сибири, таёжник, не то, что ваши студенты-ботаны. А насчёт головни не волнуйся – она из огня, там никакой инфекции быть не может, выгорело…

Егор быстро дохлебал из кружки обжигающий чай, встал,и принялся отцеплять от рюкзака моток верёвки и альпинистские зажимы. Пора было браться за дело, ради которого они сюда и явились.

IV

2054 год, осень.

Московский Лес,

ВДНХ.

До ВДНХ Умар с Франой добрались легко, можно сказать, с комфортом. После эпической пьянки, устроенной в Медицинском саду, они наши в себе силы поутру погрузиться в попутную дрезину и тремя часами спустя уже сошли на большой перевалочной станции, устроенной путейцами на Ростокинском путепроводе. Здесь обычно перегружали товары, доставленные из других регионов Леса с платформ во вьюки караванщиков, отправляющихся по Ярославской тропе в сторону МКАД, или наоборот, следующих по короткому плечу до ВДНХ. Был, разумеется, и обратный поток – челноки и оптовые торговцы, затарившиеся на выставке, торопились развезти свои покупки по всем уголкам Леса.