Можно тебя навсегда

– Почему? – подбоченилась Крош."

"Как же Богдан был счастлив. Беспричинно, глупо, самым идиотским образом счастлив. Лето выдалось жаркое. Крош улыбалась, демонстрируя ямочки на щеках и подпрыгивающие на носу задорные веснушки. Синюшность под глазами прошла, щёки покрыл лёгкий загар. И платье! Чёртово красное платье в мелкий простенький цветочек так шло Жене! Облегало в нужных местах, соблазнительно скользило, обещало большее.

– Потому что это конь, – он обнял Женю за плечи, сделал несколько шагов туда, откуда было видно, что Валет – жеребец.

– Ой, – пискнула Женя, совершенно по-девичьи засмеялась, залилась румянцем.

Его захотелось слизать, закусив полупрозрачными, янтарными веснушками.

– Показать моего коня? – с улыбкой предложил Богдан, лишь по расширенным глазам и скользнувшему к паху взгляду понял, насколько двояко прозвучала фраза. – К этому вопросу мы вернёмся, – пообещал он, жалея, что не получится прямо сейчас, желательно не сходя с места.

Воспоминания тут же услужливо подкинули изображение минета трёхмесячной давности, отшлифовали картиной утра неделю назад, пригвоздили к месту неудобным, становящимся с каждым вздохом твёрже стояком.

– Абсента, – прокашлявшись, прохрипел Богдан, резко развернулся, поспешил в сторону конюшни, вспоминая по пути прямое и обратное преобразование Лапласа. Вспомнил же, что такая хрень существует, значит, не вся кровь отлила от головы. Лучше решать дифференциальные и интегральные уравнения, чем представлять в красках, как жёстко, бесцеремонно трахаешь Женьку в собственном кабинете, потому что домой дойти терпения не хватит.

Твою мать! Твою ты богу в душу мать!

Абсент Женю заворожил.

Покачивая красивой головой, он с достоинством прошёлся мимо гостьи, удивительным образом понимая, что необходимо произвести впечатление на этого странного человека, разглядывающего его с немым восхищением, и покосился на хозяина, словно уточняя, правильно ли он всё понял. Богдан поощрительно погладил Абсента по шее, извинился, что сегодня прогуляться не получится.

– Можно на нём покататься? – пискнула Женя.

– Не сегодня.

– Почему?

– Ты в платье, не лучшая идея для кожи бёдер. В любое время, только в джинсах и удобной обуви.

Хорошо?

– Хорошо, – Женя согласилась. – Ой! – в изумлении посмотрела на Тёмыча, сладко уснувшего на руках Богдана. – Сам уснул, в положенное время.

– Свежий воздух, – подмигнул Богдан, напоминая свои слова больше недели назад, когда только уговаривал Крош сесть на самолёт.

В это время на территорию заехал грузовик. Он находился достаточно далеко от конюшен, направлялся к зоне разгрузки у фуражной, где сновали «архаровцы» и, прищурившись, стоял Степан Матвеевич.