Муха в самолете

Долго вам еще работать?

– Все уже!

– Да ну! – обрадованно восхитилась Маргарита и стала приглядываться к занавескам.

Я внимательно следила за ее медленно вытягивающимся лицом и, когда щеки Риты стали краснеть, перепугалась окончательно, но тут на пороге появилась Линда и быстро поинтересовалась:

– Нравится? Это называется… э… «Рассвет в Греции».

– Ага, – растерянно кивнула Рита.

– Понимаете, можно было просто повесить занавеси, ну такие, самые обычные, – жестикулировала Линда, – без затей, мещанский вариант: две тряпочки и ламбрекен. Но вы, похоже, женщина с утонченным вкусом, в вашей гостиной подобный ляп неуместен.

– А-а-а, – протянула Рита.

Поняв, что хозяйка пока не собирается бить меня, я расслабилась, а Линда, очевидно, ощутила прилив вдохновения, потому что затараторила со скоростью взбесившейся кофемолки:

– Идея оформления окна проста: победа дня над ночью или, если хотите, возьмем шире, торжество света над тьмой. Видите парчу?

– Ну…

– Это Солнце, а шелк олицетворяет тучи. Ясный луч поднимается из тьмы и вновь уходит в нее, это яркий философский текст, попытка объяснить окружающим: жизнь полосатая, она состоит из чередования добра и зла. Вы ведь такую идею выразили, объясняя мне свое виденье оформления окна?

– Я? – вздрогнула Рита.

– Ну да, я еще подумала, наконец-то встретился клиент, который готов к пониманию сути вещей, а не желает просто обвеситься тряпками. Окно – это выход в мир, а занавески – образец ощущения действительности, квинтэссенция дизайна, аура помещения, инь и ян кубатуры, смысловая нагрузка, концептуальная вещь.

– Э… э…

– Именно так! Опять вы правы, это элемент вашего дао!

Маргарита стушевалась, потом пролепетала:

– Вообще-то здорово, а почему ламбрекен за карниз замотан?

– Это показывает окружающим, что зло конечно! Ваше окно эксклюзивная вещь, созданная лучшим дизайнером Москвы, Оля…

Я вздрогнула."

"– …лауреат многих престижных премий, – безостановочно тарахтела Линда, – она имеет золотые ножницы, платиновый наперсток и… и… еловую ветвь на Каннском фестивале.

– Надо же, – с уважением глянула на меня Рита.

– Я с трудом уговорила ее у вас поработать, Олечка нарасхват.

– Спасибо, Линда.

– Так вам нравится?

– Супер! Очень модно.

– И многофункционально, – защебетала Линда, – захотите, низ отстегнете, останутся короткие занавески, перемотаете ламбрекен – иной вид получите, главное, есть место для фантазии, когда расплачиваться будете?

– Прямо сейчас, – выпалила Маргарита.

Линда вытащила из сумочки блокнот, нацарапала в нем пару строк и подала хозяйке.

– Вот чек.

– Вау, отчего так дорого? – вздрогнула Рита.

– Сами должны понимать, что обладателя еловой ветви в Каннах за две копейки не позвать, – отрезала Линда.