Мужчина из моего прошлого

В соцсетях твои страницы были удалены, телефон недоступен. А потом Олеся сказала, что тебя якобы убили в армии.

— Ну телефон у меня сразу украли, симка была оформлена на брата, поэтому я не мог ее восстановить и пришлось покупать новую. Это я тебе уже говорил. А соцсети просто надоели.

— А почему ты не сообщил мне свой новый номер?

— Не думал, что он тебе нужен.

Где-то во время жаркого спора об Олесе официантка принесла нам кофе. Я опускаю взгляд в кружку и смотрю, как над горячим напитком поднимается пар. Снова возникает пауза. В груди разливается гадкое чувство тоски и обиды.

«Не думал, что он тебе нужен».

— Что мы все обо мне, — переводит тему, делая глоток кофе. — Расскажи мне про себя. Как дела? Чем занимаешься?

— Да ты уже про меня все знаешь, — отвечаю, не поднимая глаз. — Все нормально у меня.

Не смотрю на Диму, но чувствую его жгучий взгляд на моем безымянном пальце с кольцом.

— Есть семья, — не пойму по интонации: то ли констатирует, то ли спрашивает.

— Да, есть.

— Поздравляю, — произносит совсем не поздравительным тоном.

— Спасибо."

"— Сколько лет твоему ребенку? Я почему-то думал, что он у тебя маленький, а, оказывается, уже так бойко разговаривает.

Я резко поднимаю голову на Соболева. Внутри все обмирает. Идя на встречу, я четко для себя решила, что не скажу про Владика ни слова. Возможно, я поступаю плохо и не правильно, скрывая от Димы правду, но я обязана в первую очередь думать о сыне.

Владик считает своим папой Игоря, любит его и счастлив в нашей маленькой семье. Я не представляю, как обрушить на Владика правду о том, что его любимый папа — это не его папа, а на самом деле его папа — это другой дядя.

Ну и, конечно же, Игорь. Он мой муж, у нас семья. Я не могу разрушить нашу семью просто потому, что Дима жив. Его не было семь лет, он не искал меня. Да, случилось так, что мы встретились. Но это не повод рушить мою семью.

Мое молчание затягивается.

— Четыре, — выпаливаю. — Моему сыну четыре года.

Я прямо вижу по Диминому лицу, как он подсчитывает в голове, когда я родила.

— А во сколько лет ты вышла замуж?

— В девятнадцать, — уверенно вздёргиваю подбородок. — А что?

Он удивлён, если не сказать, что поражён. Ну давай, спроси, почему так быстро после нашего расставания.

Нет, не спрашивает. Но какие-то свои выводы явно делает.

— Понятно. Ну я рад, что у тебя все хорошо.

— Спасибо. Я тоже рада, что у тебя все хорошо.

Вот и поговорили. Дима допивает кофе в несколько глотков, я к своему даже не притронулась. В воздухе летают искры. Он на взводе, я тоже.

— Ну а что ты хотел? — не выдерживаю. — Чтобы я оплакивала тебя до конца своих дней?

— Я уже давно ничего от тебя не хочу.

— Ну вот и замечательно.