На полпути к звездам

Что, если мы встретимся на проходной через десять минут?

Она вернулась в свой офис и убрала в стол рабочие материалы. Следом вошла Барби:

– Если миссис Хьюард ошиблась, тебе останется лишь уповать на то, чтобы Кэл никогда больше не встретился с этой женщиной.

Шина вздохнула:

– Я ведь должна поговорить с ней, правда?

– Теперь уже да, – кивнула Барби. – Теперь отступать некуда.

Кто может лучше знать человека, чем его собственная мать? Миссис Хьюард сказала, что сын все еще любит Клер, и то, что на других женщин он не обращал внимания, было чистой правдой.

Ради Роба Шине хотелось, чтобы и Кэл Хьюард был счастлив. Кэлу это не повредит. Если он будет проводить меньше времени в одиночестве, возможно, ему удастся стать более общительным. А Клер Мэйси была действительно красивой девушкой. В конечном счете в своих намерениях Шина ничего зазорного не усматривала.

Расспросы начались сразу же, стоило им увидеть друг друга:

– Как поживает Кэл?

– Мы познакомились в пятницу, так что особо мне сравнивать не с чем. Могу лишь заметить, что он не был излишне разговорчив.

– И никогда не был. Но как он выглядел?"

"«Неплохо, – подумала Шина, – если вам нравится сжатый рот Железного Короля». Вслух она сказала:

– Пойдемте выпьем чаю.

И они пошли в ближайшее кафе, попросив столик на двоих. Здесь они могли спокойно обсудить все с глазу на глаз, хотя говорить им, конечно, приходилось довольно тихо.

Клер спросила ее:

– Вам Роб рассказал обо мне?

– Нет.

Она с горечью улыбнулась:

– И уж понятно – не Кэл.

– У Кэла ваша фотография.

– Вот этого я не ожидала. – Она прикрыла глаза ладонью, и Шина не выдержала:

– Скажите, вы все еще любите Кэла?

Этот вопрос заставил Клер опустить руку, и взгляд ее сделался немного отчужденным. В этот момент к ним подошла официантка. Бесцветным голосом Клер заказала чай и тост.

– Мне, пожалуйста, только чай, – попросила Шина.

– Почему вы спрашиваете об этом? – сухо спросила Клер, когда официантка отошла, и Шина решила быть искренней до конца:

– О вас мне рассказала его мать. Она заверила меня в том, что Кэл по-прежнему любит вас и знать ничего не хочет о других женщинах.

Глаза Клер Мэйси наполнились слезами, и она часто заморгала длинными накладными ресницами, которые использовались для рекламных съемок. Дрогнувшим голосом она прошептала:

– Господи, ресницы могут отклеиться.