На полпути к звездам

Роб тактично удалился, оставив дам наедине, и Клер сообщила Шине:

– Утром я видела Кэла.

– Ты говорила с ним? – Говорила ли она с ним о главном или о погоде и работе?

– Он сейчас занят, – объяснила Клер. Так говорили все: Кэл занят. Какое единодушие. Да, он занятой человек, но разве другие не работают? – Работает над материалами, которые привез из Гималаев, – пояснила Клер.

– Любопытно, – ответила Шина.

– Новые теории о человеческой расе.

– Держу пари, подобная работа его устраивает. – В ее голосе прозвучали нотки скорее издевки, нежели уважения. – Нельзя не получать удовольствия от работы над теориями эволюции, если считаешь себя полубогом.

– Это важная работа, – запротестовала Клер.

– Человеческая раса вполне могла бы обойтись без очередной книги о ней, написанной Кэлом Хьюардом, – отрезала Шина. – Это не так уж важно для будущего планеты, и прости меня, что ты нашла в нем самом, я тоже никогда не пойму. Ты ведь все еще хочешь вернуться к нему, я полагаю?

Клер кивнула.

– Тогда в чем дело? Почему ты не хочешь сказать ему об этом?

– Я не могу.

Клер Мэйси была, несомненно, женщиной с характером, и все же что-то останавливало ее, не позволяя объясниться с Кэлом Хьюардом.

Она не могла зайти так далеко, хотя и говорила и всем своим существом давала понять, что готова сделать что угодно и начать все сначала, признав собственные ошибки.

– Я не могу, – повторила она, беспомощно глядя на Шину.

На обеде Кэл не появился, и его отсутствие погрузило всех в гнетущее состояние. Всех, кроме Элейн. Она предположила, что, вероятно, Кэл решил сделать побольше, с тем чтобы потом у него осталось свободное время. Ведь Клер остается еще на неделю.

– Не знаю, удобно ли… – начала было Клер, но Элейн и слушать ничего не желала.

Клер мрачнела каждый раз, когда видела пустующее место Кэла за столом, и Шина с Робом прилагали массу усилий, отвлекая ее вопросами и болтовней.

Роб проявлял недюжинное терпение, несмотря на то что все его предсказания сбывались с невероятной точностью.

Со стороны Кэла было бы великодушнее сказать Клер открытым текстом, что в своем доме он ее видеть больше не желает. Вместо этого он дал понять, что рад ее видеть – не своей гостьей, а гостьей его матери.

Испытание обещало стать длительным и явилось результатом ошибки, которую допустила Шина. Это она разыскала Клер, привезла ее сюда, и сегодняшний вечер мог стать лишь тоскливым предшественником длинной вереницы подобных вечеров.

Шина не думала, что сможет продержаться долго, и не знала, как долго продержится Клер. Пока они смотрели телевизор, Клер оборачивалась на каждый звук. Вскоре Шина почувствовала, что ей нужна передышка, и, сославшись на необходимость обработать собранный материал, отправилась в библиотеку.