Жена неверного генерала, или Попаданка на отборе

Там, внутри этого кристальона была видна помпезная зала с мраморными колоннами и очень много народу – разодетые в роскошные одежды аристократы. Там были и мои родители, и Мудрый Стол, и моя свекровь Нерисса, и распорядитель отбора – лорд Бланшар.

С замиранием сердца я увидела Эдриана, а рядом с ним – Агнесс.

Все они, не отрываясь, смотрели через полупрозрачный отражатель.

Смотрели на меня.

Я поняла, что все это время они наблюдали за мной через кристальон.

Первой через него прошла Агнесс, затем остальные.

– Избранная, сама Надежда Империи здесь… – зашептались в коровнике.

– Моя славная сестрёнка Фифи, поздравляю тебя с прохождением первого испытания! – сердечно сказала Агнесс.

Но руку, конечно, мне подавать не стала – ведь я вся была в навозе.

Аристократы разразились бурными аплодисментами, простолюдины глазели на них, а лорд Бланшар хорошо поставленным голосом ведущего болтал о первом испытании княгини Фионы Сальваторе, которое, благодаря кристальонам, увидит вся империя Сиринити.

Суть его была в том, что участница отбора должна была показать свою жизнь и то, как к ней относятся люди и ее окружение.

Что-то вроде визитки.

Первое испытание так и называлось – Приветствие.

– Ты молодец, сестренка, – одобрительно прошептала Агнесс, склонившись ко мне так, что никто не слышал. – Сделала все, как я тебя и учила. Звезда империи не должна быть на одном уровне с простолюдинами. Они, конечно, милые люди, но, сама понимаешь… Ты должна была показать, что стала аристократкой и женой Алого генерала и теперь все эти люди, с которыми ты выросла на ферме, тебе не ровня. Умница, Фифи. Уверена, Мудрый Стол даст тебе за это испытание много-много звездочек.

Агнесс ободряюще похлопала меня по плечу.

Сегодня она была в простом васильковом, в тон ее глазам, платье, которое потрясающе оттеняло необычный персиковый цвет ее волос, убранных в высокую прическу с одним оставленным локоном, вьющимся по спине.

Ни единого украшения – ни цепочки, ни браслета, ни серёжек.

У Агнесс даже уши не были проколоты.

Эта подчеркнутая простота облика Избранной только сильнее выделяла ее красоту и выделяла из всех, делала особенной, недосягаемой, почти святой.

Она могла обмануть кого угодно, но только не меня!

Со страхом глядела я в ее чистые глаза, а перед моим мысленным взором было ее злобное лицо, нож, зажатый в маленькой руке и та боль, которую я испытала, когда она без капли жалости вонзила его мне в грудь.

– Да что с тобой, сестрёнка? Ты выглядишь рассерженной, – нахмурилась Агнесс. – Это из-за платья? Не переживай, сошьем тебе новое! Зато ты всех повеселила, когда упала. Тебе же не было больно, милая, да? Уверена, жюри отбора понравится этот забавный момент.

Я стояла, дрожа, как осиновый лист.