Наследников выбирают

– На всех поровну?

– Ну зачем же? Тому, кто всего боится, строго добейте до шести окладов, тому, кто всё про всех арендаторов знает, к шести приплюсуйте ещё парочку, остальное по-братски.

– Брату большую половину?

– Хи-хи, нет, пополам. Брат нынче, считай, на очень приличную пенсию выходит и вообще отъезжает в даль светлую.

– Так куда всё-таки, светлая даль она разная?

– Разумеется, туда, где деньги.

– Дубай?

– Умница.

Галя не сомневалась, что она умница, но найти работу финансовым директором в стране, где предпринимателей толком-то и не осталось, а государственно-олигархические конторы прекрасно обходятся финансистами из родственниц и любовниц, представлялось весьма проблематичным. Конечно, место в бухгалтерии какого-нибудь государственного монстра на расчёт заработной платы она скорее всего найдёт, и, вероятно, даже ей за это будут платить вполне себе сносные деньги, но там вся её умность никому и даром будет не нужна.

Она исполнила достигнутые с Рыбаковым договорённости моментально, ведь неделя неделей, а враг у ворот, обидно будет не успеть провернуть всё задуманное только потому, что кто-то ошибся со сроками, поэтому к вечеру премия в два оклада была уже у неё на банковской карточке, а пухлый конверт с симпатичными денежными знаками недружественных стран в сумке. Всего боящаяся главбух, хоть и оглянулась по сторонам, но приняла подобный конверт с большой радостью, Усы охраны взвесили свой конверт в руке, подмигнули Гале и задали убийственный вопрос:

– Плюс шесть?

– Ну, да! – Галя тут же оценила и прозорливость Усов, и мудрость Рыбакова.

Дома она сообщила Тимофею, что вскоре может лишиться работы. Он отнёсся к этому легкомысленно.

– А зачем тебе вообще работать? Ты же богатая наследница.

– Толку-то с того наследства?

– Как? Ты станешь раньте, будешь сдавать свою «прелесть», а проживать в собственном загородном доме. – Он мечтательно закатил глаза к потолку.

– Мы этот дом пока не видели, может, там сарай двести пятьдесят метров. Знаешь, эти старые советские дачи из говна и палок. Кроме того, в наши времена сдать «прелесть», наверное, не так уж и просто. Это же не Ленкины хоромы в Центре.

– Вот тут ты ошибаешься, в наше время сдать «прелесть» гораздо проще, чем хоромы в центре, а кроме того, у тебя же есть собственный доктор! – он притопнул ногой, потом ещё раз, потом попытался отбить чечётку.

– И? Будем выступать с песнями и танцами в подземном переходе?"

"– Глупая! Даже если деньги совершенно обесценятся, доктору в лучших традициях всех времен и народов пациенты будут платить курочкой, яичками, салом и самогоном. Кончай хандрить, давай лучше поиграем в «голодный доктор пришёл с работы».

– Ну, ты ж без курочки пришёл!

– То есть, кормить не будут.