Наследников выбирают

Я смотрел и нервничал, за скальпель хватался, хотелось работать, работать и ещё раз работать, причём сдельно. – Тимофей в подтверждение сказанного несколько раз взмахнул рукой со столовым ножом, и Галя представила летящие во все стороны брызги крови и удалённые желчные пузыри.

– А унитазы золотые там у этого бюджетника были? – поинтересовалась она и на всякий случай забрала ножик у разбушевавшегося гастроэнтеролога.

– Не знаю, не показали.

– Незачёт!

– Ну, он же человек образованный, интеллигентный, всё же главный врач, а не гаишник какой-нибудь или военный. Думаю, обходился как-то простым фаянсом.

– Ты со своим скальпелем отдыхай пока, всё равно ворьё это не догонишь, даже при круглосуточной резне.

– Не скажи, ипотеку я всё же досрочно гашу, и вообще, я – парень хоть куда! Зря ты со мной так редко встречаешься.

– Ничего себе редко?! – возмущённо фыркнула Галя. – И на выходных вот, и на неделе.

– Всё равно недостаточно. – Тимофей надулся. – Или ты себе чувака с золотым унитазом подыскиваешь?

– Я пытаюсь подавить в себе эту тягу! Моя мама, к примеру, считает, что девушкам нравятся плохие парни, потому что школа весьма напоминает тюрьму. И если кто-то из арестантов, в смысле учащихся, вдруг выражает недовольство и оказывает сопротивление системе, то это у юных девиц вызывает восторг. Кому интересны дисциплинированные отличники? Девицы думают, что хулиганы вовсе не хулиганы, а бунтари и революционеры.

– Ага! Насколько я понимаю, умный ведь не будет в лоб протестовать и хамить учительницам, его задача образование получить. То есть, выходит, девицам в результате нравятся придурки и социопаты?

– Получается, что так. Вот, к примеру, моя родная сестра. У неё муж определённо плохой парень ещё и гаишник, кстати. Уверена, сделай он серьёзную гаишную карьеру, горшки золотые установит повсеместно, ещё и гостей приглашать будет, чтобы их демонстрировать.

– То есть тебе в соответствие с семейными традициями тоже нравятся гаишники с золотыми горшками?

– Пока нет, но вдруг. – Галя хихикнула, представив почему-то Мордатыча с золотым унитазом наперевес.

– Занятные у тебя родственники, зря ты меня с ними знакомить не хочешь.

– Ты меня тоже со своими не знакомишь, – нашлась Галя, но получилось весьма неловко.

– Но мои же в Стокгольме. – На лице Тимофея было написано нескрываемое удивление, ведь Галя прекрасно знала, что родители Тимофея вот уже несколько лет что-то такое важное разрабатывают в Стокгольмском университете и, похоже, возвращаться на родину не собираются. – А ты бы хотела?

– Не знаю. – Галя пожала плечами. – Тебе зачем с моими знакомиться?

– Как зачем? Мне всё про тебя интересно.

– Ничего интересного. – Галя вздохнула и махнула рукой.

– Как скажешь. Поехали домой.