Наследный принц

Вот только зачем?

И снова княжне почудилось, что ее так деликатно предупреждают. Вот только стоит ли слушать эти предупреждения? Ведь одно дело — младшие принцессы, и совсем другое — жена наследного принца.

Разговор снова вернулся к пустякам, но долго гулять принцессам не дали. Освободившись, с верхней террасы уже спешила пани Мерана. Это означало, что сейчас снова начнется беспокойство о том, как бы княжна не загорела на солнце да не простудилась от ветра с озера. Чтобы к княжне все обращались строго по чину и оказывали должный почет. Ведь как оно, почет княжне — почет всему княжеству.

Либуше, которая прекрасно выучила и вендский, и заксонский обычаи, порой не понимала, зачем выдумывать столько всего. Сейчас, когда за спиной не было грозного отца и заботливой мамы, княжна сама себе порой казалась куклой, за которую заранее решили, куда двигаться и что говорить. Казалось бы, кому какое дело, сколько времени провела под летним солнышком княжна Либуше? Ан нет, белизна ее лица — дело государственной важности."

"И все же, укладываясь вечером спать, девушка решила, что будет скучать по этому замку над озером. Вспомнив, с каким наслаждением кронпринц налегал на весла, она решила, что вряд ли он обидится, если попросить его когда-нибудь снова приехать сюда. Это же и так официальная королевская резиденция. Наверное, так не будет считаться, что она отвлекает мужа от работы?

Утром княжна снова завтракала в будущей семьей. А после завтрака Ее Величество Ариана и младшие принцессы выехали обратно в Люнборг. Завтра в путь тронется и поредевший обоз, сопровождающий княжну. По рассказам воеводича Мирослава, купцы уже пакуют товар. А та часть купцов, что расторговалась на местной ярмарке, завтра собираются выехать обратно домой. Воеводина тут же воспользовалась случаем, чтобы написать короткое письмо и отправила сына передать послание через знакомого.

Либуше задумалась, не написать ли письмо родителям. Но не решилась. Купцы — купцами, но самых надежных из них князь Любомир снарядил ехать за дочкой до самой столицы. Так что если и писать, то оттуда, а передавать лучше через посла — дядьку Велимира. Уж он-то точно знает, кому можно доверить такую почту.

Ночью княжне спалось неспокойно. Даже прошлось просить няньку, чтобы посидела рядышком, отгоняя дурные сны.

— Совсем ты извелась с этой свадьбой, дитятко, — горестно вздыхала нянька, ласково проводя рукой по пшеничным косам воспитанницы, — даже с лица спала.

— Ничего, нянюшка, ничего… — Утешала то ли ее, то ли себя княжна, больше не рискуя изливать душу. Хоть и обещал жених, что больше не будет подслушивать под стенами спальни, но мало ли.

Но няньке такие тонкости были неведомы. В отличие от Добыславы или Мераны, ее не посылали блюсти княжескую честь.