Навь. Книга 5

И как только я отъехал, и погнал по восемьдесят девятому, со стороны резервации раздался какой-то шум, вспыхнул далекий свет и раздались выстрелы. Но это было уже далеко, я выбрался. Меня беспокоило другое — такое впечатление, что сила Пожирателя Душ никуда не исчезла, часть ее так и продолжала сидеть во мне. И теперь мне все чаще приходилось контролировать ее спонтанные проявления. Видимо, так оно и было задумано, теперь вопрос стоял — кто кого. Точнее, не стоял. Я подчиню своих демонов, а не они меня.

Сидя у себя в квартире в ЭлЭй, и попивая свежеприготовленный фреш, я пролистывал страницы в ноутбуке. Очень интересно получалось. Прямо какой-то всплеск смертности среди списка тех, кто был на карандаше у Паркера. Досье поступили к Воронцову, а оттуда — к папА в Санкт-Петербург, хотя ему наверное сейчас было не до этого. А вот обратно к Вельяминову похоже пришли точные указания, и согласно этим указаниям его частная эффективная СБ начала действовать.

Понятно, что устраняли не всех — этих людей либо надо было убрать, потому что они мешали для достижения каких-то целей, ведомых лишь папеньке и будущему тестю, либо переключить на работу на себя. Видимо, в большинстве своем эти люди были сговорчивыми, и в столь любимой западными спецслужбами формуле MICE, буква «С» — компромат — надежно держала их на крючке. А компромата было полно. Единственное, что он со временем немножко протух вместе с обществом, которое тут подгребли под себя нетрадиционно чпокающиеся, поэтому то, что было компроматом, внезапно стало достоинством, и каминг-ауты были делом нередким. Ну тут уже решать, как работать с такими активами, не мне. А вот грешки вроде казнокрадства, педофилии, наркозависимости или связи с оргпреступностью, очень даже котировались. Как и работа на сторону, либо с теми же криминальными кланами, либо с разведкой недружественных государств. Я ухмыльнулся, вспоминая Смита. Если обо всем узнают в его родном ФБР…

Смит объявился, сам. Сначала мне на телефон начали поступать СМСки странного содержания. Последняя заканчивалась словами, «Я знаю, что вы живы». Вот это уже было серьезно. Я перезвонил Смиту.

— Сансет-стрип, Вайпер Рум, десять пополудни, — отозвался Смит, и повесил трубку. Оригинальное место. «Гадюшник» был еще тем злачным местечком.

Впрочем, туда мы так и не попали.

— Мистер Тьюринг! — среди света неона и гуляющего веселящегося народа, ко мне подошел Смит, одетый как и положено в этой части города, слава богу не в своем дешевом казенном костюме. — Я рад, что вы решили встретиться.

— Взаимно, — с кислой мордой сказал я. Хотя Смиту обижаться было нечего. Счет у него пополнялся, должка за мной не было. Да и сегодня я кинул ему десять грандов за возможное будущее сотрудничество.