Не борись со мной, малышка

«Тогда мы только занимаемся сексом и помогаем?» — вспоминаю робкий вопрос Аленки и чтобы прямо сейчас не свалить в отделение, прикрываю ее спину теплым одеялом.

***В отличие от ночи, утром голова отказывается отлипать от подушки.

Я ненавижу солнце за окном. Проклинаю будильник. И с непривычки не могу понять, что это за стадо галдящих слонов носится вокруг кровати.

Какое-то другое изменение или параллельная реальность.

Ума не приложу, в каких закромах наскрести сил на нормальное расположение духа. Но запах свежесваренного кофе и волшебная фраза: «Дети, а-ну брысь из спальни!» творят чудеса с моей психикой.

— У тебя нимб светится, в курсе? — хриплю Аленке, забирая кофе.

— Я думала, что-то другое. — Она кусает нижнюю губу. — Ты так старательно полировал этой ночью.

На бледных щеках вспыхивает румянец.

— Если бы не работа, я бы и сейчас с удовольствием снова полирнул то самое.

Указываю взглядом на свой утренний стояк — мачту под одеялом.

— Несчастный. Работать нужно. — Аленка растягивает губы в улыбку. А через мгновение выражение ее лица становится нечитаемым.

Похоже, моя жрица вновь заперлась в своих невеселых мыслях.

— Эй, все будет хорошо! — спешу успокоить. — Я уже согласовал с нужными людьми. За домом незаметно присмотрят. Если этот урод попробует к вам сунуться, его возьмут и увезут, куда нужно.

— А Паша? Мне страшно вести его в детский сад.

Я не рассказал Аленке о своей догадке про сад и странную машину. Не успел вчера. И похоже правильно.

— Не нужно. Пока я не арестую твоего мужа, вам лучше вообще отсюда не выходить.

— Я так не могу… — Она опускает взгляд на кровать.

— Сможешь! Никаких поисков работы. Никаких походов по магазинам.

— Мы так совсем на твою шею сядем.

Она стыдливо прячет ладони под попу. Фантастическая женщина. Полная противоположность бывшей жене.

— Откуда ты только взялась такая? Правильная! — вздыхаю я, вспоминая бесконечные истерики Ларисы и ее смелую попытку отжать у меня дом. — Я и не представлял, что такие бывают.

— Из ночного клуба, — робко улыбается жрица. — Я тогда чуть в обморок не упала. До ужаса боялась, что ты начнешь пробивать меня по всяким полицейским базам, наводить справки или свяжешься с мужем.

— Поэтому ты сильно не сопротивлялась? — Признание Алены бодрит покруче кофе. Будто по морде получил. С оттяжкой.

— Сопротивлялась. Ты был так увлечен, что не заметил. — Она быстро целует меня в губы.

— Надо будет научить тебя правильно оказывать сопротивление. — Отставив кофе, тянусь к ее рту.

— Ты будешь учить меня драться? — Зеленые глаза становятся круглыми.

— Я буду учить тебя делать очень больно! Чтобы ни одна скотина не смогла больше распустить руки.