Не борись со мной, малышка

— Твою мать! — Стискиваю зубы, чтобы не высказать, что думаю по этому поводу.

— Мамка моя не при чем. Святая женщина, здоровья ей крепкого. Однако московские палки в колеса будут ставить серьезно. Мне пришлось подключить все свои связи, чтобы они не забрали у нас это дело. Два часа сегодня, как мальчик, перед генералами цыганочку с выходом плясал.

— Принято… Брать будем тихо. Перевозить окольными путями. А допрашивать тайно, — спешу заверить полкана, пока и меня не заставили плясать цыганочку.

— Действуйте, — Сырский почему-то смотрит и на меня, и на Смагина, будто тот вдруг стал его прямым подчиненным.

***Как только в коридоре стихают шаги, Смагин кладет передо мной мятую бумажку. На ней от руки написаны четыре фамилии. Возле каждой звание. Ни одного ниже майорского.

— Они с «земли» зашли. Утром приехали в районный отдел. Потребовали отчеты по «Перехвату». Двоих оперов забрали в свой штаб, — поясняет Серега, не вдаваясь в подробности.

— Охренеть, у них уже штаб?

Мои глаза лезут на лоб.

— У них и оборудование покруче нашего, — вздыхает Смагин. — Эти коршуны технаря с собой притащили. Так тот за пять минут скопировал все данные из баз. И на своем ноутбуке запустил какую-то хитрую систему поиска. Она записи с камер в три раза быстрее обрабатывает.

— Блядь, если Попов снова заявится в сад или приедет к прошлому дому Алены, они возьмут его первыми.

Так и не закончив с проверкой отчетов, достаю из сейфа табельное оружие и цепляю на себя кобуру.

— Мне с земли пару оперов крепких выделили. Без распоряжения, чтобы не отсвечивали. — Смагин тоже встает.

— Вместе с СОБРом сразу московские приедут, — понимаю, к чему клонит Сергей.

— Придется брать Попова так. Своими силами, — подтверждает он.

— Тогда давай с мужиками к прежнему дому Алены. Там большой двор и два выезда. А я сад поеду пасти. — Беру со стола ключи от машины.

— Возьми хотя бы одного из моих. Байкал, считай, полноценная боевая единица.

Прихватив под мышку упаковку корма, Смагин командует псу подняться.

— Справлюсь.

— Не дурак! — хмыкает опер и первым выходит из кабинета.

С ощущением полного пиздеца, я двигаю за ним на стоянку, но у самой двери вынужденно притормаживаю.

— Кому уже там приспичило? — вынимаю из кармана свой звенящий телефон и от первого же слова, которое слышу в трубке, памятником врастаю в пол.

Глава 41

— Спасай, Егорушка! — произносит в трубку моя бывшая теща Лидия Михайловна. — Кажется, Катя куда-то ушла. Не могу найти.