Лекарь Империи 6
О чём книга «Лекарь Империи 6»
— Лишь в полной мере поняв суровость обстоятельств, ты сможешь извлечь максимум выгоды из этой ситуации. Он не просто игрок в игре, он полководец на поле боя — и твой статус подобен солдату, который готов к решительной схватке. Это Лекарь Империи 6, и ты — его последняя цель....
— Лечу! Буду как призрак-разведчик! Никто меня не увидит! — бурундук исчез, пройдя сквозь стену."
"Я повернулся к Пестряковой, которая все еще стояла с открытым ртом.
— Уважаемая…
— Виолетта Архиповна… — выдавила та.
— Уважаемая Виолетта Архиповна простите за обман. Ситуация критическая, и у нас не было другого выхода. Барон абсолютно здоров — это просто прикрытие, чтобы я мог попасть в больницу.
— Но… но зачем? — она перевела взгляд с меня на барона, потом на Веронику. — Что происходит?
— Час назад в вашу больницу привезли Максима Ушакова. Восемнадцать лет, сын министра финансов. У него была внезапная остановка сердца после драки на приеме у барона.
— Да, я слышала, — кивнула Пестрякова, постепенно приходя в себя. — По больнице уже разнеслось. Черепно-мозговая травма после драки. Сейчас его обследуют в отделении нейрохирургии. Мастер Ерасов уже назначил экстренное КТ, чтобы оценить размер гематомы и решить, нужна ли операция
— ВОТ! — я ударил кулаком по ладони. — Вот в этом и проблема! У него НЕТ тяжелой черепно-мозговой травмы! Точнее, есть легкое сотрясение, но оно не могло вызвать фибрилляцию желудочков и остановку сердца!
Они не просто ищут не там. Теряют драгоценное время.
— Но гематома же…
— Гематома поверхностная, подкожная! Обычная шишка! Они наверняка сделали рентген, увидели, что перелома нет, и решили, что это ушиб. Да, сотрясение было, но легкое! А остановка сердца произошла из-за какой-то скрытой сердечной патологии!
Пестрякова нахмурилась, ее профессиональный интерес явно пробудился.
— Скрытой патологии? — ее голос был спокоен, но в нем звенели стальные нотки. — Это слишком общее понятие, подмастерье. На чем основана ваша уверенность?
— На том, что клиническая картина не сходится! — я старался говорить спокойно, но внутри все кипело от осознания того, что драгоценные минуты утекают. — Драка была час назад, остановка сердца — через сорок минут. Если бы дело было в сдавлении мозгового ствола гематомой, симптомы нарастали бы постепенно! Сначала головная боль, потом рвота, угнетение сознания, брадикардия, и только потом — остановка дыхания и сердца!
Они учат это на третьем курсе академии! Как можно было пропустить такую классическую картину⁈
— Ваши рассуждения логичны, — согласилась Пестрякова, и это неохотное признание было для меня маленькой победой. — Но что вы подозреваете конкретно? Аритмогенная дисплазия? Каналопатия?
Она проверяла меня, перебирая редкие диагнозы, как опытный следователь, пытающийся поймать на лжи.
— Я не знаю, — честно ответил я. — Пока не знаю. У меня не было ни времени, ни оборудования, чтобы поставить точный диагноз. Я просто знаю, что ваши лекари ищут не там.
