Не было бы счастья...

Этот «кто-то» дергал меня за брючину и поскуливал.

― Гоша! ― заорала я и схватила его на руки.

Он мотал хвостом и облизывал мой нос. Догадавшись зажечь свечу, я увидела, что Гоша выглядит ужасно: грязный, со свалявшейся шерстью, а на шее болтается огрызок веревки.

― Миленький, где ж ты так извозился? Кто привязал тебя веревкой?

Но Гоша молчал.

― Лиза, у тебя все в порядке? ― послышался голос Федора из-за двери.

― Федя! Гоша вернулся! ― радостно распахнула я дверь.

Федор уселся на пол и с мрачной физиономией рассматривал веревку на Гошиной шее.

― Ну, приятель, в каком же ты плену побывал? Надеюсь, ты вел себя как настоящий Мальчиш-Кибальчиш, и не выдал военную тайну? ― требовал он отчета у Гоши, но тот строил глазки из-под бровей и сопел.

― Гоша, марш в ванную! ― скомандовала я. ― Пребывание в плену ― это еще не повод, чтобы выглядеть, как поросенок.

Гоша поджал хвост и ринулся под кровать, но я была начеку, и пресекла его попытку к бегству.

― Лиза, открой, пожалуйста, ― постучал в дверь Владимир. ― Нам надо поговорить... Ты в праве обижаться на меня. Признаю, в Бадене я вел себя не самым красивым образом. Но теперь наше счастье в твоих руках.

Я в ужасе зажала рот рукой. Что же делать? Федор сидел на полу и с любопытством наблюдал, как я мучаюсь.

― Нет, я не одета! ― в отчаянии проблеяла я.

― Ничего, я как-нибудь это переживу, ― продолжал настаивать он.

― Быстро, под кровать! ― зашипела я Федору.

Тот проворно скользнул в указанном направлении. Гоша воспользовался моим состоянием, соскочил с рук и присоединился к Федору.

― Лиза, ты с кем там разговариваешь? Ты не одна?

― Я с Гошей, ― распахнула я дверь.

Влад уставился на меня в замешательстве. Я запоздало вспомнила, что Гошины объятия оставили на моей белой блузке грязные разводы. Да и лицо, скорее всего, выглядело соответственно.

― Э-э, мы тут мыться собрались... ― объяснила я. ― У него блохи, клещи и не исключено, что глисты.

― Глисты?.. ― Влад обвел взглядом пустую комнату.

― Да, он побывал в плену. Наверняка, нажрался там какой-нибудь гадости. Боюсь, неволя была серьезным испытанием для его нервной системы. Я не отвечаю за адекватность его поведения.

― В плену? ― отвалил он челюсть.

― Да, он только что вернулся. С веревкой на шее. Должно быть, его пытали и собирались казнить. Но Гоша вел себя мужественно и не выдал военной тайны... Хочу предупредить тебя, ― приблизилась я к нему, как заговорщик. ― Здесь творятся странные дела: Снежный человек живет у черного омута, Мустафа утонул, а из шкафов вываливаются скелеты...

Тут Гоша выбрался из-под кровати, уселся у моей ноги и принялся громко клацать зубами в районе хвоста. Влад отшатнулся, пробормотал извинения и боком отступил в коридор.