Не было бы счастья...

Так вот зачем он сидел в шкафу в будуаре?!

Получается, что пароль известен Эмме Францевне!

Что такое пароль? Это слово или фраза, которые используются для опознания своих людей в среде заговорщиков. Что-то вроде: «Вам казачок нужен? Был нужен, да уже взяли». А моя бабушка ― главный конспиратор! А что? Пагубное влияние революционного прошлого...

А остальные обитатели поместья, что они здесь делают? Как вписать сюда Снежного человека, Федора, Ариадну, отца Митрофания?

И, наконец, еще один важный вопрос. Если настоящая Лиза отдыхает с моим паспортом, помолодев на шесть лет, то я с ее паспортными данными постарела на те же шесть лет.

Я что, навсегда останусь Лизой? Как же я буду жить в Лизиной шкуре? А моя квартира! В ней же прописана Полина!.. Вот ведь, не было печали, так черти накачали!

Странное это чувство ― печаль. Волны грусти несут тебя по реке забвения. Звезды воспоминаний вспыхивают ярким светом на черном бархате безмолвия. Млечный путь взлетов и падений, побед и поражений закручивается спиралью турбулентности.

Печаль ― такое же сильное чувство, как и любовь, ненависть, гнев.

В нее погружаешься полностью, по самые кончики ушей, и пребываешь в нирване мироздания. Такое состояние помогает проанализировать прошлые поступки и понять всю тщетность бытия. Суета движет миром. Тлен и суета ― погоня за желтым дьяволом.

ГЛАВА 11

Я еле дождалась утра. Мысли щетинились в голове, как иголки в мозгах Страшилы Мудрого. Мы с Гошей тихонько выскользнули из дома и первым делом убрали лестницу, которая валялась под окном светелки.

Гоша опять проголодался и потянул меня к летней кухне, дверь в которую была уже распахнута.

Однако, не доходя до избы, он поджал хвост, и устремился обратно в дом. Мы вбежали в боковую дверь. Мой храбрый терьер забился под лестницу, а во мне опять пробудился червь любопытства, и я выглянула в щелочку.

Из дверей кухни вышел Снежный человек и вперевалочку побрел в сторону мельницы.

― Вылезай, подлый трус! ― схватила я дрожащего Гошу и помчалась к избе.

Сердце сжималось от дурного предчувствия.

― Дядя Осип, вы живы? ― влетела я в дом.

― А как же? ― удивленно вскинул он голову.

Дядя Осип сидел за столом и рассматривал что-то у себя на ладони.

― Кто сейчас вышел из кухни? Кто это был?

― А-а, это убогий паренек. Немой он и слегка ущербный. Но парень смирный, мухи не обидит. Он иногда приходит утром. Я его кормлю... Гляди-ка, что он мне принес!

На ладони у него лежали штук пять золотых самородков. Самый крупный был величиной с юбилейный рубль.

― Раньше он со мной речными камушками расплачивался, а сегодня вот чем порадовал. Что скажешь, Лиза?

― Золото находят в местах геологических разломов, а у нас тут равнина.