Не было бы счастья...

Историки так и не смогли запечатлеть для потомков его биографию. Мой прапрадедушка пришел к выводу, что именно он играл основную роль в экспроприации. Тень этого загадочного человека мелькала время от времени в донесениях провокаторов и в мемуарах революционеров до семнадцатого года. Затем он исчезает. А вместе с ним исчезают все намеки на существование капитала. Мой пращур был уверен, что поэт погиб и унес с собой в могилу тайну партийных денег.

― Подумать только, ― вздохнул Аркадий Борисович. ― Где-то в сейфах швейцарских банков находится невероятное богатство, а владельца нет.

С учетом процентов, которые набежали за эти годы, сумма получается астрономическая.

― И представьте себе, ― довольным тоном сообщил Владимир. ― Эта история получила продолжение в наше время! Перечитать архивы прапрадедушки меня заставило вот что: буквально несколько месяцев назад мне в руки попала книга, выпущенная мизерным тиражом малоизвестным издательством «Русский лес». Она называлась «Все, что я помню», написана в виде дневника барышни, участницы революционного российского движения за границей, и охватывает период от 1911 года до 1918.

Кстати, роман написан очень хорошим языком и изобилует такими подробностями, что основой для его создания, несомненно, послужили свидетельства очевидца. Некоторые строки из этой книги натолкнули меня на мысль, что капитал не исчез бесследно в подвалах банков, а принадлежит конкретному человеку ― прообразу героини романа Дашеньке, вернее, ее потомкам.

― Кто же является прообразом? ― спросил Федор.

― А вот этого я еще не знаю. Книга вышла под псевдонимом, в редакции настоящую фамилию автора не знают.

Договор заключен явно на подставное лицо... Однако я не теряю надежды. Дело в том, что у меня появился добровольный помощник, который намерен открыть тайну анонимного счета.

Глаша внесла чай и кофе и предложила мужчинам коньяк, а женщинам ликер. Все оживленно задвигались, переваривая только что услышанную историю. Лишь Эмма Францевна сидела застывшей статуей с непроницаемым лицом.

― Боже мой! ― судорожно вздохнула Ариадна. ― Сколько тайн сокрыто от нас. Сколько преступлений совершено во имя призрака всеобщего благоденствия.

Не может быть счастья на крови!

― Все в руце Божей! ― вклинился отец Митрофаний. ― Не следует ворошить прошлое. Те, кто совершил злодеяние, уже давно в Геенне огненной. Сии деяния были посланы нам во испытание. Только Господь Вседержитель ведает о том. Нам же молиться надо во искупление грешных душ и не вмешиваться в Божий промысел. Ежели Господь не захочет, то и не дано нам будет проникнуть в сию тайну."

"― Ах, святой отец, ― насмешливо протянула Ариадна.