Край непуганых Буратино

Но у вас ситуация другая.

– Я немалый срок отмотал, когда Андрей неожиданно в кабинете начальника зоны возник, – стал объяснять Калинин. – Я уже говорил, мне в заключении неплохо жилось. Когда я понял, что и отец, и мать меня из своей жизни вычеркнули, первое время…

Кирилл неожиданно повернулся к Дмитриеву.

– Вы ведь сидели? По ложному обвинению. Я читал о вас в Гугле.

Степан не удивился его вопросу.

– Я никогда не скрывал факт своего пребывания за колючей проволокой. Звучит парадоксально, но я рад, что оказался на зоне. Меня это остановило, заставило задуматься, я огляделся по сторонам, посмотрел на зэков и решил: ну нет, не хочу таким быть, я не виноват в том, в чем меня обвинили, но ведь мог совершить настоящее преступление. Все к этому шло. Атаман дворовых хулиганов впервые понял: вор, который у бабушки в магазине кошелек с последними копейками спер, не Робин Гуд, а дрянь последняя. Мне с ним не по пути."

"– Вы меня должны понять, – сказал Кирилл. – Члены семьи меня отринули, не слали ни писем, ни передач. Но я быстро завоевал авторитет как врач, поэтому все мясо в супе – мое. Но чем ближе был конец срока, тем тревожнее мне становилось. Что на свободе делать? Вернуться домой? Серийного убийцу, пусть даже и отсидевшего, на порог не пустят, на работу ни в одну больницу не возьмут. Где жить? На какие деньги существовать? Потом я решил. Останусь там, где срок мотал, поселюсь в городке, стану местных лечить, деньжат накоплю, куплю избенку, с голода не умру. Вот на этом я и успокоился: жить мне здесь до смерти. В провинции лучше, чем в Москве, люди добрее, воздух чище, продукты натуральные, быт простой. И вдруг Андрей приехал! После того как начальник ушел, брат мне сказал:

– Отец и мать запретили не то что о старшем брате говорить, а даже думать о нем. Но я никогда не верил в твою виновность. Не тот ты человек, Кирюха, чтобы женщин убивать, подставили тебя. Пока родители были живы, помочь тебе я не мог. А сейчас время пришло.

Я ответил:

– Нам с тобой прекрасно известно, что психиатрические болезни коварны. Порой человек до пенсии мухи не обидел, всем помогал, и вдруг выясняется, что он раз в году обязательно кого-то убивал в одно и то же число. В остальные дни он душа компании, прекрасный муж, отец, дед.

– Лучше расскажи мне все, – потребовал Андрей.

Я ему опять:

– Спасибо, что хочешь отмыть убийцу, но в моем случае ложного обвинения не было. Мне хватило времени для углубленного изучения собственного состояния, я понял, что у меня спазматическая ретроградная амнезия в соединении с навязчивым неврозом и обсессивно-компульсивным расстройством личности.

Андрей глаза вытаращил.

– Это что за бредовый диагноз?

– Сам его себе поставил, – пояснил я, – видишь компьютер на столе? На зону тоже прогресс пришел.