Край непуганых Буратино

Понимаете, да?

– Ваше состояние в тот момент нам трудно понять, – сказала я, – но если Андрей выяснил правду, то почему вы досидели срок? Отчего младший брат не поднял шум? Не заявил громко о вашей невиновности?"

"– Доказательств того, что меня подставил Олег Валерьевич Юдин, нет, – ответил Кирилл, – еще нюанс. Наш отец совершил очень плохой поступок по отношению к Юдину. Не спрашивайте какой, не расскажу. Андрею правду сообщила Луиза. Кто она? Оказывается, у отца была родная младшая сестра, Анастасия Петровна. Отношения у них прервались давно. Мы с Андреем не знали ни о тетке, ни о ее дочери Луизе. Когда брат после смерти родителей стал разбирать их вещи, в документах покойного отца нашел письмо. Послание оказалось жестким, оно было ответом на какой-то разговор, в нем говорилось, что даже сейчас, умирая от тяжелой болезни, Анастасия Петровна никогда не простит брата, который сломал ей жизнь.

Кирилл махнул рукой.

– Андрей выяснил, что наша тетка давно скончалась, а ее четырнадцатилетняя дочь оказалась в детдоме. Никакой родни у девочки не было. Брат нашел Луизу. Выяснилось, что мать открыла ей правду. Олег Валерьевич и Василий Петрович ранее были неразлейвода. Они с детства дружили, учились вместе. Потом у Юдина случилась большая неприятность, он уехал из Москвы, вернулся через много лет, когда от советской власти камня на камне не осталось. Валерию тогда было лет пятнадцать. Отношения отца с Юдиным восстановились, но они уже такими близкими, как раньше, не были, но все равно они друг к другу на дни рождения ходили, пару раз встречали вместе Новый год. Валера опять оказался со мной в одном классе, что не удивительно. Школа считалась лучшей в Москве, находилась в центре столицы. Мы с Юдиным тогда просто здоровались, и все. После выпускного вечера я столкнулся с Валерием на первом экзамене в медвуз. Никто из нас не удивился, мы оба из семьи врачей, понятно, что решили пойти по стопам родителей. Оба, конечно, поступили. И до четвертого курса наши отношения были такими, как в школе: «Привет, Кирилл», «Здравствуй, Валера». Как события развивались дальше, вы уже знаете.

Кирилл повернулся к Степану.

– Странные приступы у меня после ареста никогда не возникали. Что свидетельствует в пользу Андрея, который говорил, что Валера подливал мне лизковарин ноль пять. Лекарство жидкое, без цвета и запаха. Несколько капель можно в любую еду добавить. Хоть в булки, которые мы по дороге в Питер ели. Но нельзя исключить того, что это я всех убил, находясь в пограничном состоянии. Нет стопроцентной уверенности в том, что я не преступник. Но знаю точно: я не хотел лишить жизни Андрея, Минни, Никиту и Светлану. Не впадал в состояние «гипноз без гипноза». И очень благодарен брату за все, что он для меня сделал.