Не теряй головы

Брат, наверное, до сих пор не понял, в чем шутка, объяснила она добродушно. Много лет назад мисс Венис Харт и ее сестричка мисс Фрэн, в то время совсем еще девочки, переименовали его в Бунзена, в честь бунзеновской горелки. Мистер Пенрок давно позабыл, что у дворецкого есть и другое имя. Разве на дознании джентльмен не слышал его настоящую фамилию?

Джеймса в то время занимали исключительно мысли о собственной роли в происходящем, но он не потрудился этого объяснить, да его собеседница и не ждала ответа.

– Он такой хороший брат, сэр! Так обо мне заботится. И вчера, и позавчера приезжал, хотя погода совсем не для поездок на велосипеде…

– А вы видели его велосипед? – азартно спросил Джеймс.

Мисс Горелл очень удивилась:

– Велосипед? Нет, не видела. Брат его всегда оставляет в сарае.

В первый из двух вечеров ей было совсем худо. Ногу так свело, думала уж, вот и срок настал, сперва ноги отнимутся, а там и все остальное. Одна ее подруга четыре дня так пролежала – в первый день правую ногу не чувствовала, на другой день обе ноги, а потом еще два дня онемение поднималось все выше, пока до сердца не дошло.

Доктор принес мисс Горелл те же таблетки, что бедной Марте давал – беленькие такие, кругленькие. Конечно, она перепугалась. Тем более что у Марты живот болел, а у нее сердце…

Джеймс прервал этот поток воспоминаний, сказав, что приехал задать мисс Бунзен – ох, простите, мисс Горелл – очень важный вопрос. Как он сам рассказал на дознании (тут сестра Бунзена сочувственно погладила его по руке), его жена Пайпа Ле Мэй на самом деле не была в родстве с мисс Морланд. Вот он, Джеймс, и подумал: если человек так долго прожил в здешних краях, как мисс… э-э… Горелл (на этот раз правильно!), то уж наверное знает и местную историю.

Все кругом гадают, кто во что горазд…

Выражение лица старушки неуловимо изменилось. Она резко заметила, что людям бы лучше не совать нос в чужие дела, не то могут узнать такое, что им совсем не понравится.

– Я бы вам помогла, капитан, только не должна я болтать о том, что знаю, вот вам и весь сказ. Одно вам скажу, может, вам легче станет: отец мисс Пайпы был человек добрый и хороший, каких мало. Матушка у нее была дурная женщина, голову ему, бедолаге, заморочила, так что он уж и соображать перестал, что правильно, а что нет.

За то и расплатился сполна горем да раскаянием и до самой смерти боялся, как бы все дело не вскрылось… О деньгах уж и не говорю. А у жены вашей, у мисс Пайпы, и его кровь текла в жилах, не только материна. Она тоже добрая была и великодушная по-своему. Это все от него, я так считаю. Теперь она, бедная, умерла, а вам, сэр, может, утешением будет знать, что отец у нее был прекрасный человек."

"Джеймс вышел из коттеджа с ощущением глубочайшего стыда.