Неидеальные. Откровения о любви (СИ)

Ну не будешь же до старости с мамой жить, ну!

— Ты что, выселяешь нас? — шутливо поинтересовалась.

Квартира действительно принадлежала в большей степени моей матери, хотя оформлена на нас обеих в равных долях. Честно, я так привыкла к нашей жизни вчетвером, что даже не думала о времени, когда у меня начнется какая-то другая жизнь. Мне ведь всего двадцать шесть: все может быть и даже мое замужество. Я не стремилась, но и не отрицала институт брака полностью.

— Поживем здесь, а ремонт закончится, вернусь к нам в квартиру. Буду приезжать к тебе, помогать, а вечером домой. Не хочу мешать…

— Мам! — протянула предупреждающе. Ясно. Сватает меня. Думает, что скоро у меня появится мужчина. Небесный, естественно. — Мне и детям ты не мешаешь. А больше в нашей семье никого нет.

— Ох, Алена…

— А куда это дверь ведет? — попыталась переключить маму с моей личной жизни на осмотр дома. Я взяла сына на руки, выдирая изо рта пушистую декоративную шкуру (похоже, он решил поиграть в песика, мда), и мы втроем через коридор подошли к двери. На ней стояла защита от детей. Я повернула замок и толкнула ее.

Это был застекленный павильон с бассейном: большим и лягушатником. Здесь было влажно и тепло, прямо сейчас хотелось раздеться и поплавать. Сквозь прозрачное стекло видны могучие стволы и пышные кроны сосен, сочный зеленый ковер и желтые одуванчики. Как же чудно здесь будет зимой!

— Вот мерзавец, — тихо выругалась, — умеет пыль в глаза пускать.

— Что? — переспросила мама.

— Ничего.

Кирюша с криком рвался к воде, удержать невозможно!

— Дай хоть раздену тебя! — я тоже кричала! Небесный, кстати, ни разу не попадал на истерики своего сына. Да и Катя порой такой не подарок. Это только на картинках все улыбаются и довольны. Чистенькие детки, счастливые родители. Но дети — это не постер в журнале «Домоводство». Это тяжкий труд, нервы, иногда даже слезы отчаяния. Не удивлюсь, если сбежит без оглядки.

— Что думаешь? — тихо спросила мама, пустив голенького Кирюшу в детский бассейн. Мы стояли на страже, на всякий случай. Он у нас активный, везде пролезет и просочится.

— Не знаю… Пока не знаю.

Вечер в пятницу у нас был небольшой девичий сабантуй в «Voice». Мы люди творческие: любили петь и танцевать и выбирали места, куда гости приходили за этим же. Секс, наркотики и рок-н-ролл не интересовали. Если, конечно, рок-н-ролл не акробатический.

Мы с Ликой, два хореографа и наш администратор-мамочка, как мы называли, Анюту (она никогда не забывала о напитках и печеньках и напоминала, что надо бы пообедать) забронировали столик недалеко от сцены, но и не слишком близко, чтобы вообще нельзя было поговорить.

— Надо было Шурика звать! — смеялась Лика, с наслаждением потягивая апероль.