Неидеальные. Откровения о любви (СИ)

Я в принципе не думала, что легко найти человека, которому можно доверять детей, а если еще и союзников в этом деле нет — пиши пропало. С Небесным тоже необходимо обсудить разговор с Катей и объяснить, что ему не следует играть в тайны-секретики с ней.

Мама приготовила обед и уже накрыла на стол, но дети не торопились — слишком долго ждали, когда смогут поплавать. Я хотела позвать их, но остановилась в дверях, рассматривая веселье: Кирюша в круге и нарукавниках дрыгал ногами под присмотром отца. Катя в очках и ластах училась нырять. У меня защемило в сердце — как не расчувствоваться, видя такое? У меня самой не было отца… Возможно, у моих детей будет. Сейчас, глядя на них троих, верю. Именно сейчас верю. Дима ведь сдержал слово: отвадил от нас семью Савицких вообще и Германа в частности. Небесный сделал это бескорыстно. Я хмыкнула. Ну да. Свое в любом случае получил! У него всегда так. Свое урвет! Но это уже не раздражало, наоборот, улыбку вызывало.

Уже вечером, когда уложили детей — я Кирюшу, а Дима читал детский детектив Кате — мы сели поговорить вдвоем, обсудить ситуацию. Многогранно.

— Насчет няни не волнуйся. Есть у меня вариантик. Я уточню все, потом поделюсь.

— Дим, я о Катюше хотела поговорить. Она тянется к тебе. Хочет, чтобы ты и ее папой был.

— Я тоже хоч…

Я приложила палец к его губам, мягко останавливая. Пусть услышит меня полностью, потом берет на себя обязательства.

— Я очень надеюсь, что ты понимаешь, как для нее это важно. Если ты захочешь уйти, именно для Кати это будет ударом. Она уже все понимает.

— Алена, — он ладонями обнял мое лицо, — я никуда не хочу уходить. От вас… От тебя. Если ты, конечно, позволишь остаться. Ты позволишь?

Я нервно боязливо сглотнула и медленно кивнула. Хочу попробовать. Мы столько раз начинали «ни с того», пора изменить эту порочную тенденцию.

— Я люблю спать под пуховые одеялом даже летом, обожаю безе со взбитыми сливками и ландыши.

Дима широкой улыбкой одобрил мои пристрастия.

— Я люблю теннис и плавать, лес, вкусно поесть, — и знаком показал, что всеяден. — Поэтому и спортом занимаюсь, чтобы моя любовь к борщу и хлебу не откладывалась в ненужных местах. И тебя люблю. Ален, очень тебя люблю. Я не сразу распознал это чувство, но теперь не откажусь от него. — Дима притянул меня к себе, стремительно заваливая на подушки.

Мы медленно, шаг за шагом двигались друг другу навстречу. Он не перевез все вещи, перебираясь постепенно, но возвращался всегда домой. Ко мне. Или уже к нам домой. Время покажет. Мы шутили, называя это лето, те самые три месяца, нашим испытательным сроком.

В нашем маленьком мире было хорошо, но большой звал, требовал выйти на свет. У нас были увлечения, работа, друзья, знакомые, родители… Дима знал моих. Я не была представлена его отцу.