Нелюбимая

— Прекрати! Всё у тебя образуется, что ты сразу вот так с плеча рубишь.

— Не образуется, потому что я тебя потерял, — жалостливый тон обескураживал. Я сама по себе, как приёмник для чужих эмоций, а с началом беременности вообще стала до ужаса сентиментальной, жалостливой.

— Я сейчас буду, а ты лучше спокойно езжай в центр и не вздумай творить глупости.

Он бы ничего подобного и не сделал. Да и вообще, со всей этой историей Саша заметно переиграл, но я тогда искренне поверила, как последняя идиотка.



13.

Добраться в центр города не составило никакого особенного труда.

Алексей был с Германом, а значит шпионажа можно не бояться. Но я всё равно перестраховалась и попросила своего водителя остановиться у большого детского магазина, где парковка была не предусмотрена. Водитель высадил меня, дождался, когда я зайду в магазин и только потом осторожно вырулил в поисках подходящего места для остановки.

Подождав секунду, я вышла из магазина и направилась к небольшой кофейне, в которой была запланирована встреча. Да, я волновалась и в то же время боялась. Этот страх был колючим и странным.

Я совсем не нуждалась в таких непомерных жертвах как чужая жизнь. Конечно, долю моего страха отнимал именно Саша. Я не желала ему вреда или боли. Из-за его страшных мыслей я ощущала некую долю ответственности за этого человека. Раз уж всё так сложилось, то нужно окончательно и с глазу на глаз расставить все точки над «и». Как только это случится, я немедленно позвоню Герману и всё расскажу, чтобы он не думал, будто мне хочется уйти от него.

Саша в одиночестве сидел за столиком и медленно поколачивал ложкой свой кофе, когда я появилась на пороге уютного маленького заведения.

На секунду замерла на месте. Как-то уж совсем необычно было снова видеть человека, который в прошлом возбудил во мне такой невероятный бунт и жажду протеста, из-за чего я едва всё основательно не разрушила. Это было лишь увлечение. И этот нелепый протест, и сам Саша. Я отчётливо поняла такую простую истину, когда мы встретились взглядами. В груди мирно плыла пустота при виде Саши. Моё переживание носило исключительно человеческий характер без романтической подоплёки. Я не хотела проблем ни для себя, ни для Саши. Достаточно того, что брат Германа удачно поиграл на наших нервах.

Подойдя к нужному столику, я расстегнула пуговицы на пальто и присела. Саша часто заморгал и вдруг засуетился, будто не зная, как правильно себя стоит вести в сложившейся ситуации. Несмотря на легкую усталость и заметные тени под глазами, Ломов абсолютно не был похож на человека, который доведен до крайности.

Не скажу, что я имела большой опыт в общении с людьми, которые находились в полном отчаянье.