Оберег от испанской страсти

С моей женой в клинике работала девица, ее так же звали. Выгнали шлюху вон, она в порнухе снималась». И побежала сплетня. Лицо у меня, спасибо Игнату, другое. А имечко прежнее, запачканное. Рианатана небось на всю Россию одна.

— У страха глаза велики, — вздохнул Ершов. — Вам надо было просто жить дальше.

— Обожаю, когда советы, как детей воспитывать, старые девы раздают, — вспыхнула Риа. — Вы в моей шкуре не побывали. С паспортом на другое имя и с другой внешностью я живу спокойно.

— Рад, что ты познала дзен, — зашипел Крис, — но я тебя заставлю нервничать. Не верю ни одному твоему слову.

Ты Аню отравила! Ты к ней в гости поздно вечером в воскресенье напросилась и…

— В выходной? — заморгала помощница Игрова. — Да мне только во вторник из клиники сообщили, что к ним поступила певица Анна. Думала, ее тогда и положили. Когда Аньку полуживой обнаружили?

— Утром в понедельник, — ответил Аверьянов.

— Здорово, — обрадовалась Риа. — А когда отравили или сама она таблеток обожралась?

— В ночь с воскресенья на понедельник, — уточнил Илья, — время до минуты указать невозможно. Час-два-три-четыре ночи. Как-то так.

— Не нужна точность, — сказала Риа.

— Объясните, пожалуйста, почему вас так время интересует? — удивился Федор.

— В пятницу мы с Никитой смотались во Владивосток, — торжествующе заявила Риа, — большой секрет, но Никита аэрофоб, правда, странный. Три-четыре часа нормально летит. А вот если пять и больше, его мандраж колотит. Страх свой он скрывает, но один далеко не отправляется. Я с ним летала.

— Она говорит правду, — сказал Димон, глядя в ноутбук, — Кузнецова путешествовала с Игровым. Из Владика они, если по московскому времени, вылетели в полночь.

Рейс по расписанию раньше, но самолет поздно прибыл, соответственно, задержался с отлетом. До Москвы из Владивостока, как правило, лайнер добирается за восемь часов с минутами. Однако рейсу с воскресенья на понедельник не везло по полной программе. Он сел в Новосибирске, сработал датчик разгерметизации салона. До пяти мыкались в аэропорту. В Москве они оказались к обеду. Тогда Анну уже поместили в реанимацию.

— Вот видите, — выкрикнула Риа, — ни при чем я совсем. Черт! Почему раньше не сообразила вас про время спросить? Вот ступила! Не стала бы душевный стриптиз тут устраивать.

Просто попросила бы проверить список пассажиров. Ну и дура я! Идиотка полная!

Глава 38

Спустя несколько часов я стояла в супермаркете и, глядя на стеллаж с консервами, пыталась вспомнить, что мне велела купить Рина. Точно не сайру в томате и не банку с надписью «Рыба кролик с заячьей капустой». Я потрясла головой. Рыба кролик? Есть такая на свете?

— Не ходи, подожди, — крикнул звонкий голос, и неподалеку от меня остановилась девочка лет десяти.