Оберег от испанской страсти

Процент оказался грабительским, но Катя согласилась и некоторое время аккуратно выплачивала долг. Как ей удалось собрать деньжат? Она еще бегает по домам, убирает, моет чужие апартаменты. Регина знает о приработке. Но воспитанница ей врала насчет оплаты и количестве клиентов. Полы она трет в шести домах, берет по пять тысяч в день. Получается тридцатка в неделю. А Регине сообщила, что ходит в две семьи за три тысячи. И отдавала скряге эти деньги. Довольно долго секрет ей удавалось хранить, но потом тайное стало явным. Регина разозлилась, назвала Катю вруньей и заявила:

— Вот ты какая! Я тебя жалею, кормлю, пою, за воду-газ-электричество сама плачу.

А нахалка деньги большие загребает. И куда ты их деваешь, а?"

"Катя испугалась, что Регина узнает про квартиру, и не нашла ничего лучше, чем сказать:

— В кино хожу, в кафе, отдыхаю.

— Вон оно как, — процедила сквозь зубы владелица пансиона, — значит, бездельничаешь, деньги на ветер пускаешь, много их у тебя, видно! С сегодняшнего дня платишь за еду, коммуналку, газ, электричество, воду.

И выставила Екатерине счет. Катя оказалась в сложном положении. Признаться, что приобрела однушку, она не могла, уйти прямо сейчас от Регины тоже невозможно, где жить-то?

— Вот вам и горячая любовь к своей воспитаннице, — возмутилась Ирина Леонидовна.

Иван кивнул:

— Да уж, горячее не бывает. У Кати отняли почти весь заработок. Выплачивать кредит стало невозможно, накопился долг, проценты набежали на проценты, застройщик велел погасить задолженность. В противном случае пообещал забрать первоначальный взнос в качестве возмещения своих убытков. Екатерина прорыдала три дня, потом решилась обратиться к Ане.

— Катя — активный читатель желтой прессы.

Она знала, что единокровная сестра теперь звезда, — уточнила я, — порылась в интернете, выяснила, что у Ани продюсер Игров, и подстерегла ее у входа.

Певица молча выслушала просьбу дать в долг, потом спокойно ответила:

— Когда меня в детстве обвиняли во всех грехах, мне было очень тяжело. Но я молчала, понимала: не оправдаться мне. Один раз нервы меня подвели. Я вышла из магазина, где мне отказались продать шоколадку. Хлеб, за которым Регина меня послала, отпустили, а когда я для себя конфету попросила, тетка за прилавком буркнула: «Нет сладкого.

Для тебя его никогда нет». Я побежала домой, слезы по лицу лились, во дворе тебя увидела. Ты спросила радостно: «Ревешь? Упала, ногу разбила?» И я дала слабину, честно ответила: «Нет, просто очень обидно, хотела шоколадку купить, а…» Ты не дала мне договорить, воскликнула:

— Отвали, не грузи ерундой. Сама решай свои проблемы.

Я впервые обратилась к тебе за моральной поддержкой и получила плевок. Сейчас возвращаю тебе твои слова. Отвали, сама решай свои проблемы.