Оберег от испанской страсти

— Я занят, — буркнул метр, — угощайтесь, господа, эти салаты для еды.

Глава 29

Вечер потек своим чередом, народ жевал, поднимал бокалы, говорил Ивану Никифоровичу хорошие слова. Я бросала взгляды на супруга и испытывала разочарование. Рубашка не меняла цвет, позеленели лишь манжеты, а мне очень хотелось посмотреть, как работает подарок. Но потом я вспомнила, что продавщица сказала: «Сорочка трансформируется, когда температура тела, например, от стресса, скачет», и обрадовалась. Значит, Иван не чувствует ни малейшего дискомфорта.

— О! Поросенок, — обрадовался муж, когда внесли большое блюдо, — не маленький, однако.

— Выглядит как жареный, — заметила я.

Леонид Сергеевич подал Ивану столовый прибор.

— Вам предоставляется почетное право взять первый кусок.

— Ложкой? — удивилась я. — Нужна вилка."

"Муж улыбнулся, встал и осторожно тронул ложкой жаркое. Поросенок вскочил и, лавируя между бокалами, тарелками, мисками с салатами, побежал по столу.

Раздался хохот. «Жаркое» внезапно село и стало яростно чесать задней лапой шею, потом пару раз энергично встряхнулось.

— Собачка! — обрадовалась Рина. — На нее костюм жареной свинки надели. О! Как мило!

Псина спрыгнула на пол и прогалопировала в служебное помещение. Я выдохнула и оглядела присутствующих. Муж смеялся в голос, Рина хлопала в ладоши, гости веселились от души.

Официанты налили вина в бокалы, подали жульен, потом горячее. Мужчины сняли пиджаки, ослабили узлы галстуков, женщины раскраснелись. Еда была вкусной, приколы закончились, рубашка мужа не меняла цвет.

Поздно вечером в зал выкатили гигантский торт размером с малолитражку, на которой ездит Ирина Леонидовна. Я быстро встала и подошла к метрдотелю.

— Надеюсь, фейерверка не будет?

— Мы всегда выполняем просьбы клиентов, — заверил Леонид, — ничего не делаем без обсуждения с ними.

— Но про глаза, червяков в салате и поросенка, который смылся с блюда, предупредить забыли, — напомнила я.

Метр удивился:

— Нет. Я объяснил заказчице, что наша фишка — банкеты с розыгрышами. Ей понравилось! Правда, с вами не беседовал, все решала ваша мама.

Из моей груди вырвался стон. Кто бы сомневался, что Рина придет в восторг при упоминании о резвой жареной свинке, «страшных» закусках и сохранит все в тайне даже от меня.

Послышалась барабанная дробь.

— А сейчас попросим нашего дорогого именинника первым взять кусок торта, — завопил Леонид.

— Почему свечей нет? — спросила Рая.

Метрдотель сделал вид, будто не слышал вопроса, и продолжал:

— Иван Никифорович! Вот вам лопатка. Торт уже порезан, только взять надо.