Обуздать Время

 — Позвольте…

Не договорив, он опустился на одно колено и, подхватив Ирж за щиколотку, стянул с нее туфлю. Прежде чем леди дер Томна успела смутиться или испугаться, он застегнул на правой ноге браслет и взялся за левую. После чего устроил ее ступни на подушке.

— С-спасибо, — запинаясь, поблагодарила Ирж.

— Вытяните руки, — мягко попросил милорд Десуор, — да, вот так. Остался только браслет. Сядьте так, как вам будет удобно. Поскучать придется около часа.

От тяжести обруча, сковавшего голову, у Ирж неприятно потянуло в висках. Прижав затылок к спинке дивана, она коротко улыбнулась и сказала:

— Час это не очень много.

— Тем не менее, я буду вынужден выйти, — Арнард развел руками, — артефакт не потерпит рядом с вами живого человека. Впрочем, я могу дать вам книгу. Все тот же автор пишет о проклятиях.

— Один из предков Арнского рода? Я была бы рада, его монография была довольно интересной. Он ведь один из первых магов Времени?

— Я бы сказал, — с некоторым сомнением произнес Арнард, — что это скорее первый маг Времени, который понял, что у него за дар.

— Все равно интересно.

Отойдя к полкам, ректор несколько минут рассматривал корешки, в поисках нужной книги. А после вернулся к Иржин.

— Единственное издание, списки сделать невозможно — фолиант защищен как от копирования, так и от старения. Читать только в моем кабинете. Эту ценность я не отдал даже Его Величеству.

— Король читал здесь? — восхитилась Иржин и обвела взглядом кабинет.

— Я не настолько нагл, — рассмеялся ректор, — мы с книгой прибывали ко двору. И король читал ее в своем кабинете. Как я уже сказал, на книге изумительная защита от копирования — все экземпляры истлевают за считанные секунду. Боюсь, никто не знал свой дар так хорошо, как он. Вернее… Как раз знания у него не было, но было чуткое восприятие. Он шел, повинуясь своему чутью, и призывает к этому и остальных.

Приняв в руки тяжелый том, Иржин поблагодарила ректора и, открыв первую страницу, пропала.

Этот труд писал глубоко несчастный человек. Человек, который разочаровался в своем даре. И, одновременно, смирился. Он подмечал закономерности и описывал их, чтобы последующим магам было легче. А еще он, ничуть не стыдясь и не стесняясь, описывал свои ошибки.

«Он решил положить свою жизнь на то, чтобы другие не обожглись», осознала внезапно Иржин.

От текста книги веяло какой-то обреченной усталостью и, вместе с тем, злым нетерпением. Поглаживая кончиками пальцев корешок книги, Ирж отстраненно размышляла о том, каким должен был быть тот милорд Арнский?

— Чего же вы так жаждали, милорд? — тихо, не отдавая себе отчета в словах, спросила Иржин. И вздрогнула от нежданного ответа:

— Смерти. Автор этой книги попытался обуздать время и был распылен на мельчайшие частицы.