Одесский листок сообщает

– Боюсь, концов в истории с заграждениями найти не получится. Слишком много мест, где могла быть протечка. Выяснилось, что и портовое управление получило секретный документ, и даже таможня! Максимум, что удастся сделать, – это написать рекомендации, как надо обращаться с секретными бумагами. На основе, так сказать, горького опыта. А выявить резидента и его агентурную сеть… Ох, навряд ли.

– Протечка, – задумчиво повторил Черкасов. – Я уж и сам почуял неладное. Стал лысую голову чесать и вот что надумал.

Коллежский советник навострил уши:

– Есть догадки?

– Может, и так.

С начала года я уволил из сыскного отделения трех надзирателей. Одного, Эммануила Иоаниди, прямо с треском, за денежные поборы с потерпевших. Еще двое, Бичев с Гудимой, ушли по-хорошему: согласно прошения по домашним обстоятельствам. Фрол Бичев устроился лепетутником и вроде держится на плаву. А Владимир Гудима места до сих пор не нашел. И часто шляется в отделение, торчит в общей комнате, разговаривает с надзирателями… Вот я и подумал: а чего это он к нам так полюбил заходить? Уши распустил и слушает разговоры?

– Весьма вероятно, – согласился Лыков.

 – А сам он что? Гнилой?

– Насквозь. Есть подозрение, что воров покрывал. И даже в одном ограблении выступил наводчиком.

– Надо устроить ему испытание. Кому из своих людей вы доверяете больше всех?

– Из надзирателей – Синопальщикову. А из вольнонаемных агентов, конечно же, Палубинскому.

– Телефонируйте в отделение, пусть они придут сюда. Обсудим ловушку для Гудимы.

Пока сыскные добирались до «Лондонской», начальники пили кофе в буфете. Затем все четверо заперлись в номере Лыкова. Хозяин сказал:

– У нас с Андреем Яковлевичем возникло подозрение, что в сыскном отделении протечка.

Кто-то выдает наши планы. В том числе поэтому мы никак не можем поймать Балуцу.

Молодые сыщики переглянулись.

– А…

Черкасов не дал им договорить:

– Мы с Алексеем Николаевичем грешим на Гудиму. Ходит и ходит в отделение, как будто его и не увольняли. А натура продажная. Что-нибудь имеете сказать за это фудало? [75]

Палубинский сразу поднял руку:

– Вчера Вовка спрашивал у меня, где облавы будут.

– И чем объяснил интерес?

– У него-де приятель гостиницей заведует, не хочет, мол, его подвести…

– И ты сказал? – встревожился Черкасов.

– Я не сказал. А Дима Жук проболтался.

Губернский секретарь пояснил коллежскому советнику:"

"– Мы послушали Челебидаки и решили нажать на гостиницы. Для начала на второклассные – вдруг Степка живет там спокойно по поддельному паспорту?

– Разумно.

– Сегодня в ночь хотим прощупать «Японию», «Бразилию» и «Пушкинскую». Теперь, значит, Жук про это насвистел… Ну я ему, тюньте, язык-то прищемлю!

Тут впервые заговорил Синопальщиков:

– Гудима и у меня выпытывал.