Пленница Хургады, или Как я потеряла голову от египетского мачо

Так вот, за каждую повторно вернувшуюся в отель девушку курортный мачо получат премию от администрации. Наши девушки мотаются в Египет по нескольку раз в году в надежде на свой кусочек счастья, а хитрые курортные женихи, помимо халявного секса и кучи подарков, получают еще свои проценты и премию от руководства отеля.

— Гады, — только и смогла сказать Клава. — На всем бизнес делают, даже на любви.

— А ты только представь, сколько наших соотечественниц в арабов влюбилось точно так же, как я в своего Валида. Восточные мужики чересчур хитрые: они быстро уяснили, что путь к сердцу русской девушки лежит через ее душу.

Я к Валиду на удочку быстро попалась, ему не пришлось даже особых усилий прилагать. Я просто очень сильно хотела любви, и вдруг нашелся человек, который мне ее предложил. Я допустила точно такую же ошибку, как и многие другие девушки. Понадеялась на принцип: «Со мной этот мужчина будет другим». Я совсем не подумала о том, что в большинстве случаев этот принцип не срабатывает. Я наивно верила в то, что наша любовь будет длиться вечно, а оказалось, что продолжительность любви зависит напрямую от количества денег, которым располагает наивная жертва.

Увидев, что на улице стало темнеть, я посмотрела на часы и перевела взгляд на Клаву.

— Клава, мне кажется, что уже пора.

— Пусть как следует стемнеет. Так будет более безопасно.

— Да я боюсь, что Валид может вернуться!

— И этого перца замочим. Где наша не пропадала! — как ни в чем не бывало ответила Клава.

— Клава…

— А что? А то мы к этим аборигенам со всей душой, а они к нам — задницей. Пусть знают наших женщин! Все, хватит, лавочка прикрыта, самопожертвование закончилось. Русские женщины поняли, что теперь настало время пожить для себя.

— Клава, мне страшно, — честно призналась я сидящей напротив меня женщине. — В Хургаде в это время только ночная жизнь начинается, а тут мы со своим трупом.

— А мы его в ковер замотаем, — успокоила меня Клава. — У тебя же там в комнате какой‑то старый ковер валяется, вот он и пригодится. Этому ковру сто лет в обед, его только на свалку осталось выкинуть.

— Дело не в том, старый он или нет. Ты же сама понимаешь, что мне такого добра не жалко, я вообще не понимаю, как в квартире можно такое постелить.

Дело в том, что муж придет — а ковра нет. Валид же тогда может что‑то заподозрить."

"— А что муж может заподозрить? Он тебя избитую в квартире умирать бросил без денег и продуктов. Может, ты в себя пришла и решила продать этот чертов ковер для того, чтобы купить себе хоть какую‑нибудь еду и не умереть с голоду?!

— Ты думаешь?

— Я в этом уверена! А ты хочешь, чтобы мы труп так понесли? Да мы его даже до грузовика не донесем — нас полиция моментально схватит.

— Клава, пусть будет по‑твоему.