Огонь и сера

Но что это за момент и как выполнить миссию? Прежде Бак воспринимал этот вопрос как призрачный голос, как легкое беспокойство, от которого вдруг не стало спасения – ни в молитве, ни в посте, ни в покаянии."

"Неисповедимы пути Господни, подумал Бак и вновь склонил голову, моля указать путь. Снаружи доносились отзвуки оживленных бесед – о том, как его не дали арестовать. Бак прислушался. Странно, что полиция прислала только двоих. Может, они не хотели действовать агрессивно, не хотели уподобиться Ку-клукс-клану?

Ку-клукс-клан. Простая фраза отрезвила тогда преподобного, будто удар скальпелем в сердце.

А та женщина – не старше тридцати пяти, красотка, полностью уверенная в себе. Тот, что пришел с ней, – тщеславный нахал, на таких шестерок Уэйн Бак насмотрелся в тюрьме. Но женщина – за ней стояла мощь сатаны.

Что же делать? Дать полиции бой? Сейчас у Бака в руках огромная сила, но всех сотен душ паствы, преданной ему душой и телом, не хватит. У него – сила убеждения, у полиции – сила оружия: пули, слезоточивый газ, водометы, а за спиной власть государства. Будет бойня.

Бак вернулся к молитве, вопрошая Бога, чего Тот от него хочет.

По деревянной распорке постучали.

– Да?

– Скоро утренняя проповедь и время наложения рук.

– Спасибо, Тодд. Иду.

Преподобный Бак не мог выйти к людям без ответа, ведь они избрали его своим пастырем. «Наймиты Рима!» – кричали они все вместе, указывая на копов. Как он гордился в ту минуту их храбростью и силой веры!

«Наймиты Рима», – подумал Бак. И вдруг все кусочки пазла встали на место. Пилат. Ирод. Голгофа. Ответ лежал на поверхности, нужно было лишь проявить упорство.

– Спасибо, Отец, – пробормотал Бак, встав на колени, а поднявшись, ощутил себя преисполненным света.

Вот теперь он готов встретить все армии Рима.

Выходя из палатки, преподобный восхитился красотой утра – красотой Божьего мира, этого мимолетного дара. Поднимаясь по тропинке к камню, с которого он проповедовал, Бак напомнил себе, что следующий мир будет много лучше. И когда придут несметные полчища безбожников, он сразит их.

Преподобный Бак воздел руки, и его приветствовал громоподобный возглас сотен людей.

Глава 69

Вслед за Пендергастом и полковником Эспозито д'Агоста спустился в подвал.

Это было настоящее подземелье, которое, похоже, мало переменилось со времен Средневековья: на стенах висели клочья паутины, а кое-где в углах даже сохранились закованные в цепи скелеты.

– Увы, – полковник остановился у железной двери, – мы, как видите, не слишком-то поспеваем за сменой веков.

Эспозито открыл дверь и сделал приглашающий жест.

От стены до стены просторного помещения протянулись стеллажи с документами.