Ох, Мороз, Мороз...

Был уверен, что и для Алены он — всего лишь удобный муж: привлекательный внешне и по мозгам и деловым качествам подходящий ее отцу и их бизнесу. А если… если это не так? И там есть чувства? Мысль об этом не давала покоя, и Паша усилием воли заставил себя перестать думать об Алене лишь когда подъехал к метро ВДНХ.

Машину припарковать удалось без проблем, но выходить Павел не торопился. Вот теперь перед ним во всей красе встал вопрос — что сказать Инге. Да только ответа нет, сколько в машине ни сиди.

Павел заметил ее сразу. И встал за кустами, невидный для нее. Инга беспокойно переминалась с ноги на ногу, постоянно озиралась.

Закурила — и тут же бросила только что прикуренную сигарету в урну. Видно, что волнуется. Очень волнуется. Паше стало ее жаль. Себя жалеть давно отучился, поэтому вышел из-за прикрытия кустов и отправился к ней.

Будь что будет.

Глава 7. Она пришла с мороза

Она пришла с мороза раскрасневшаяся…

(А. Блок)Рост — чуть меньше ста девяноста. Вес — восемьдесят пять. Волосы темные. Сколько раз она повторила про себя эти слова за последние сорок восемь часов?

Картина ей сразу, как только Патрик себя описал, нарисовалась весьма привлекательная.

Соотношение роста и веса — никакого намека на лишние килограммы. Высокий, атлетично сложенный брюнет. А если ей повезло, и он еще на лицо — не урод? А если — ну вот совсем не урод?

Как Мороз, например.

Инга осознала далеко не сразу, а лишь когда ее накрыл второй эпизод непотребства, что, когда Патрик развращал ее мозг посредством букв в телефоне… когда она все это представляла себе… то воображала она не кого-нибудь, а именно…

Да-да, Павла Валерьевича Мороза.

Ну а что поделать, если он и в самом деле хорош? Что поделать, что он самый привлекательный мужик из ее нынешнего окружения? Да что там нынешнего — за всю жизнь Инга в непосредственной близости — вот так, чтобы можно было поговорить и даже при желании коснуться — не видела больше таких привлекательных мужчин?

Вот и пришлось господину Морозу отдуваться за Патрика.

А у них, оказывается, есть кое-что общее. Мороз тоже высокий, поджарый, темноволосый. Эх, надо было спросить у Патрика про цвет глаз. Но с другой стороны, представить Мороза в джинсах и кожаной куртке Инга не могла. Вот в шелковой пижаме — запросто. А в одежде для простых смертных — это нет.

Инга в очередной раз посмотрела на часы. Без одной минуты. Черт, Патрик, ну где ты?! Я тут уже дошла до того, что вспоминаю кишкомота. Патрик, ау!

На ее плечо сзади легла рука. Потом на другое — вторая.

— Привет.

И она замерла. Просто замерла, едва дыша. И не в силах повернуться.

— Я не опоздал? — шеи коснулось дыхание.

Ингу накрывало головокружением. Ей казалось, что она спит. Этот голос. Будто она его слышала раньше.