Он

В его голосе злость. И на лице тоже. Что только выбешивает меня, потому что… Он-то с какой радости злится? Когда сегодня кинули меня, а не его.

Собирая скиттлз, мы с ним не разговариваем. Его рот сжимается в напряженную линию. И он забрасывает конфеты обратно в коробку с большей силой, чем нужно.

— Что? — огрызаюсь я, перехватив очередной его насупленный взгляд.

— Ты так поздно пришел, — отвечает он сжато.

— У нас выходной вечер. Зашел в бар пропустить пару пива. — Я засовываю руку под кровать и выгребаю оттуда еще горку конфет.

— Я бы сказал больше, чем пару. От тебя разит, как из пивоварни.

— Не. Меня подвезли.

— Кто?

— Это что, «Двадцать вопросов»?

Джейми швыряет скиттлз в коробку, но они выскакивают наружу и закатываются под стол.

— Здесь ни у кого из парней нет машин, Вес. Только не говори, что тормознул первого встречного незнакомца.

Я ощущаю укол вины. Но блядь, почему я чувствую себя виноватым? Я — в отличие от некоторых — не выгуливал весь день свою бывшую.

— Так кто тебя подвозил? — настойчиво повторяет он, когда я не отвечаю.

Я встречаюсь с ним взглядом.

— Сэм.

У Джейми перехватывает дыхание. Не заметить обиду, набежавшую ему на глаза, невозможно.

— Ты издеваешься? Тот тип из твоего шлюшеского приложения?

— Я просто с ним выпил, — говорю, пожимая плечом. — Что тут такого?

Он мне не отвечает. Молча ползает по матрасу и собирает конфеты.

— Ты сейчас серьезно бесишься, Каннинг? — Я сражаюсь с приступом раздражения. — Когда сегодня кинули не тебя?

— Что за бред! Во-первых, ты сам сказал мне уйти пораньше. А во-вторых, я понятия не имел, что она приедет, ясно тебе? Она как снег на голову свалилась.

— С которой ты спишь, — парирую я.

— Уже нет.

Он поднимается на ноги и обеими руками дергает себя за волосы, потом хватает коробку и с размаху ставит ее на стол. На полу, вроде, чисто, но я знаю, что мы подобрали не все конфеты. Каннинг, должно быть, скупил весь магазин.

Как бы там ни было, но сейчас, когда в меня упирается его раздраженный взгляд, скиттлз уже забыты.

— Но то, что мы перестали трахаться, не значит, что она перестала быть моим другом. Она проделала такой длинный путь, чтобы меня увидеть.

"Во мне бьет ключом бесконтрольная ревность.

— Спорю, вы отменно повеселились. А на десерт ты, видимо, полакомился вагиной?

У него отваливается челюсть.

— Блядь, ты реально сейчас это сказал?

Еще бы, и не жалею. Меня уже тошнит от неопределенности. Прошлой ночью я побывал у этого парня внутри. Но стоило нарисоваться Холли, как он вмиг начал вести себя так, словно мы с ним чужие.