Ониксовый шторм

Рев сотряс мои ребра, когда Тэйрн захлопнул крылья и изогнулся в попытке свернуть.

Сначала в гору врезался его бок, сила удара выбила из меня дух и с треском стронула валуны вокруг. Что-то ударило мне в колено, и за миг до того, как я услышала второй удар, надо мной сложились крылья Тэйрна.

Связь потемнела.

НЕТ.

«Тэйрн!» – закричала я, и ужас сковал все мое тело, лишив всех мыслей, кроме одной: он не может умереть.

Он безжизненно съезжал с хребта. Я ничего не видела, могла только слышать скрежет камня по чешуе, чувствовать сотрясающие все тело столкновения с препятствиями.

«Тэйрн!» – Я снова пыталась мысленно нашарить его, но там не было… ничего.

«Вайолет! – закричала Андарна. – Я его не чувствую!»

«Назад!» – повторила я, пока мы падали все ниже, ниже и ниже.

Нет ли под нами утеса?

Надо было прислушаться к предупреждению Тэйрна о грозе. Жив ли он? Или…

«Не думай об этом!» – застонала Андарна.

Сердце выскакивало из груди, и я оторвала руки от луки седла, прижав ладони к драконьей чешуе. Я не чувствовала дыхания, но это еще не значило, что Тэйрн не дышит. Он должен быть цел. Иначе я бы почувствовала, да? От паники свело горло. Это не может быть его конец, наш конец.

Лиаму оставались минуты после того, как Дей прекратила дышать, но он знал.

«Выбери жизнь, – умоляюще обратилась я к Андарне. – Ты единственная из своего рода, ты должна жить. Что бы с нами ни случилось».

О боги, Ксейден.

«Останься со мной! – проскулила Андарна срывающимся голосом. – Вы оба должны остаться!»

На протяжении целого удара сердца мы падали свободно, и мой желудок воспарил вверх, а я приготовилась сделать свой последний вдох.

И снова земля приняла нас в жестокие объятия, но в этот раз мы постепенно остановились.

Крылья Тэйрна распались, и я зависла под углом в девяносто градусов над землей, стараясь надышаться пыльным воздухом. Тэйрн обрушился на бок.

Отсюда я не видела его головы, так что я отбросила все возможные щиты и потянулась к нему всеми силами. На месте нашей связи был лишь небольшой проблеск, но и этого хватило, чтобы заполнить всю меня надеждой, когда что-то грохнуло позади нас. Проблеск – значит, он не мертв. То, что мое сердце бьется, значит, что…

Грудь Тэйрна содрогнулась, он снова задышал глубоко и размеренно.

Слава богам.

«Он дышит», – передала я Андарне.

– Сорренгейл! – Ко мне кто-то шел.

– Сюда! – ответила я, изворачиваясь в подвешенном состоянии в попытках расстегнуть пряжку ремня.

В десяти футах ниже появился Гаррик – тяжелое дыхание, капюшон на спине, по волосам с правой стороны головы стекает кровь.

– Жива.

Он уперся обеими руками в колени и будто сломался пополам, и я не знала, то ли он переводит дыхание, то ли его сейчас стошнит.

– Слава Данн. Тэйрн? – Гаррик поднял голову, окинул меня взглядом и побледнел.