Опера вызывали?!

Он не стеснялся в выражениях, пока решал рабочие вопросы. Нервничал, потому что без конца крутил на пальце брелок и ключи от машины.

Я жестом показала, что готова выходить. Громов мотнул головой, не прерывая разговор. Вышел, запер квартиру, взял меня за руку и повел на улицу.

Всю дорогу до дома он кому-то звонил, ему звонили, а я чувствовала себя круглой дурой.

Зачем я так с ним? Почему не могу вслух произнести то, что действительно чувствую? То, что я его тоже люблю и эгоистично хочу, чтобы он был только моим!

Гений довез меня до дома, быстро поцеловал в висок и уехал, жестом пообещав позвонить позднее.

А я с тяжелым сердцем и ноющей болью в груди поднялась домой…

Глава 47

Глава 47

Лиля

Ненавижу понедельники.

Начало недели выдалось суматошное. Преподаватели словно взбесились, дружно решив озадачить студентов дополнительными заданиями. Весь день приходилось что-то делать. Казалось, это никогда не закончится: сдавала одно и тут же отвлекалась на другое.

Я даже не успела как следует поговорить с выздоровевшей и счастливой Полиной. Чмокнула ее в щеку и убежала по своим делам, пообещав позвонить вечером.

Судя по светящимся глазам подруги, у нее все было хорошо. В отличие от меня!

Гений… Мы не виделись с утра пятницы. Он звонил, писал, но напряжение витало между нами. Оно ощущалось на физическом уровне, а муки совести меня не покидали. Я скучала. Безумно скучала по своему оперу и его коту, который остался жить у Жени. Громов, хитрый жук, как-то умудрился не просто оставить Оккупанта у себя на постоянку, но и стребовал с хозяев ежемесячную сумму на его содержание. Возможно, в нем давно дремал и наконец проснулся Абрам Моисеевич.

"Я же страдала. В субботу, словно назло, на каждой перемене мне встречались влюбленные парочки в коридорах университета. Артур не отходил от Малинки, Демид на каждой перемене искал Сонечку, чтобы просто обнять и поцеловать, да и другие студенты от них недалеко ушли. Словно за окном март наступил и все повально стали влюбляться.

Глядя на влюбленных, я вдруг подумала, что и они тоже прошли через сомнения. Но рискнули и не прогадали, найдя свое счастье. Надолго ли? Никто не мог этого знать.

А я все еще чего-то боялась. Никогда в жизни я не отличалась робостью, так, может, и сейчас не стоит? Может, нужно вспомнить, что у меня есть характер, принять свои чувства и бороться за свое счастье, откинув никому не нужную гордость? Что она мне дает? Только сомнения и страдания!

В воскресенье я приняла окончательное решение. Безумно тоскуя по Гению, я решила все честно ему сказать.