Опера вызывали?!

— Для тебя любой подвиг, пельмешка, — прокашлявшись, подмигнул я.

Открыл перед ней пассажирскую дверь:

— Сильвупле, мадмуазель! Поехали, покажу настоящий допрос.

Она как-то странно на меня покосилась, но села. Положила сумку на колени и грациозно выпрямила спину. Заправила за ушко прядь волос, пока я залипал на нее, старательно вспоминая, где я и собственное имя до кучи.

Сглотнул, захлопнул дверь, обежал машину и сел на свое место. Снова бросил быстрый взгляд на пельмешку и, наконец, отмер. Завел мотор и выехал с парковки.

Включил музыку фоном, чтобы она не слышала, как громыхает мое сердце.

И дышал я как бык на корриде — со свистом.

— Почему ты решила стать генеральным?

— Потому что совсем недавно, когда Лола была дома одна и к ней заявился бывший, она позвонила в полицию. И знаешь, что ей сказали? «Звоните, когда убьют»!

— И как ты будешь исправлять ситуацию? — заинтересовался я."

"— Я придумаю как, — задрала она нос повыше. — У моего папы свой охотничий магазин. Довольно крупный. Так вот когда его ограбили четыре года назад, следователь, который вел дело, потребовал с папы взятку.

Знаешь за что? Чтобы он реально начал его расследовать! Папа заплатил, а вора так и не нашли!

— И ты решила, что если безобразие нельзя предотвратить, то его нужно возглавить, — улыбнулся я.

— Развалить систему изнутри, — согласилась со мной Лилечка.

— Ладно, Робин Гуд, готов стать твоим оруженосцем в борьбе с коррупцией и лентяйством в органах, — не удержался я.

Мне вдруг подумалось, что на следующий год ряды правоохранительных органов пополнятся как минимум Багровым и Лилечкой, которые и поодиночке умеют шороху навести.

Артику, к примеру, не заржавеет взятку в зад запихать и сказать, что так и было. Пельмешка у меня тоже с фантазией, плюс восемь лет курсов самообороны, которые я проверил на себе, когда шлифовал витрину.

— Я сама справлюсь, — снова задрала она нос повыше.

— Ты мне кое-кого напоминаешь, — улыбнулся я.

— Кого? — подозрительно поинтересовалась пельмешка.

— Меня. И одного моего хорошего друга. Правда, тот борется за справедливость в отряде адвокатов.

— Не ври, ты в тесной дружбе с парковыми воришками! — ее пальчик взлетел в воздух.

— И лучший по раскрываемости в своем отделе, — скромностью я никогда не страдал.

— Раскрываемости чего? — не поняла Цветочек. — Женских сердец и их балконов?

— Дался тебе этот балкон, угораздило же попасть именно к тебе. Пельмешка, я из природного человеколюбия и влюбленности в тебя не напоминаю, что ты напала на меня с электрошокером!

— Допустимая самооборона! — отрезала она. — Ты незаконно, без ордера, футболки и обуви пробрался на мой балкон, а потом и в мою квартиру. Я защищалась.