Отбор для Короля волков

Да ну, откуда он может знать…

— Успеем. Давайте скорее за мной. — Он повел их к воротам перед замком, откуда совсем недавно они начинали свой путь.

— Идемте в замок. — Аглая собиралась повернуть к нужной тропинке, но Йелек упорно вел их за собой.

— Сначала я должен доложить, что с вами все в порядке.

Оставалось лишь последовать за ним. Кому он собрался докладывать, Аглая не знала, но вдруг отчетливо услышала взбудораженный гомон голосов. Йелек спешил к внутреннему двору, где проходило Испытание рунами. Сумерки отступали, и надвигалась темнота. Ничего не было видно, но гул слышался все отчетливее.

— Ну вот, теперь наш позор увидят все. — Голос Николетты дрожал и срывался. — А нельзя доложить, что с нами ничего не случилось, не при всех?

— Нет. — Йелек оставался непреклонен и даже не сбавил шагу.

Аглая поравнялась с Николеттой:

— Не переживайте, леди Николетта. Зато только мы с вами сможем танцевать на празднике.

— Почему?

— Потом что все остальные Невесты не смогут и ногой пошевелить после перетаскивания песка, камней и еще неизвестно чего.

Николетта немного нервно рассмеялась.

— Просто… мне бы не хотелось позориться при всех. Там ведь столько народа собралось… По голосам слышно…

— Ну с чего вы взяли, что это позор? Кто-то ведь должен был проиграть и прийти последним.

— Но мы вообще не прошли испытание.

— Зато у нас будут лучшие во всем Фьорире Личины.

— Что верно, то верно. — К разговору присоединилась и Берта. — Я уж для вас расстараюсь, милые леди. Во всем Дамгере таких будет не сыскать…

Аглая улыбнулась, гадая, а доведется ли ей погулять на празднике:

— Спасибо, госпожа Берта.

— Это вам спасибо, красавицы. Не оставили нас с моим стариком в беде.

Эти слова потонули в оглушающем крике толпы. Стоило войти в ворота, как послышались довольные возгласы.

— Ну, наконец-то! Сколько можно ждать! Последние.

Николетта вмиг сникла. А Аглая, наоборот, высоко задрала подбородок, выпрямила спину и гордо прошла за Йелеком."

"Князь с мачехой и сестрой вновь сидели в богато украшенной ложе. Король устроился вместе с ними. А вот Дамазы по-прежнему не было видно. Аглае захотелось ссутулиться и спрятаться от всего мира. Он действительно ушел и оставил ее одну. Его любовь оказалась настолько недолговечной? Или просто она обидела его отказом гораздо сильнее, чем думала?

У Аглаи не было ответов на эти вопросы. В ее голове вообще вдруг стало абсолютно пусто. Все мысли ушли, оставив болезненное одиночество. Вязкое, как мерзкая жижа болота. И такое же смертоносное. Она ведь сама так решила. Сама выбрала. Так чего теперь страдает? Он ушел, оставил ее в покое. Сделал так, как она и хотела.

Острый серп месяца светился все ярче, но и его света не хватало для того, чтобы разглядеть всех присутствующих.