Отбор для Короля волков

— Гребни подойдут? — Абигель указала на пару красивых гребешков, покрытых бирюзовой эмалью. — Чудесно будут смотреться на ваших прекрасных волосах.

Ну да-ну да. На прекрасных жутких пепельно-синих космах. Пока Абигель расчесывала и укладывала волосы в прическу, Аглая достала шкатулку. На ней тоже был вырезан ворон. Господи, эта чокнутая княжна что, помешана на мерзких птицах? Аглая вспомнила, как они едва не склевали ее заживо. Поскорее убрала шкатулку и задвинула ящик. Потом посмотрит.

— Ну вот, готово. Ваша горничная, наверняка, сделала бы лучше…

Аглая резко поднялась:

— Значит, будешь наказана.

Абигель покачнулась. Аглая закатила глаза:

— Это шутка. Я шучу. Пошли.

Они вышли из комнаты и тут же наткнулись на четверку мощных стражников. Двое стояли около двери, двое — у противоположной стены. Все почти синхронно поклонились:

— Госпожа.

И что ей делать? Кивнуть? Как себя вести? Поздороваться или не надо? Ладно, она просто представит, что они ее очередные подчиненные. Практиканты, которые наивно полагают, что им все должны и что они гении только потому, что со скрипом окончили институт.

— Позвать князя? — Один из стражников у стены, с длиннющим мечом у бедра, смотрел в пол, не осмеливаясь поднять на нее взгляд.

Ладно, это не должно быть так трудно. Как можно равнодушнее, Аглая ответила:

— Нет. Я иду на прогулку.

Стоящие у стены тут же выпрямились:

— Мы сопроводим вас.

— Зачем?

— Приказ вашего отца.

Ну, замечательно! Теперь ее будут стеречь, контролируя каждый шаг. Спорить, наверное, бессмысленно, поэтому, Аглая проглотила все свои возражения. Так, и куда идти? Длинный мрачный коридор убегал в обе стороны. На стенах висели гобелены с изображением каких-то кровопролитных битв. С балок под потолком свешивались стеклянные фонари с толстыми свечами внутри. В целом выглядело мрачно и угнетающе. Аглая присмотрелась к гобелену: девушка с длинными волосами и в изорванной одежде болталась на виселице. На соседнем гобелене у женщины не было глаз. Из пустых глазниц текли струйки крови. Рядом стояли несколько мужчин и протягивали к ней острые кинжалы, острия которых оставляли на коже порезы и раны. Какая-то маниакальная тяга к насилию.

— Всегда оторопь берет, когда на их смотрю…

Аглая вздрогнула, напуганная шепотом Абигель. Служанка с нескрываемым страхом смотрела на измученную женщину.

— Да, хотелось бы чего-то повеселее. — По коже пошел озноб.

— Это слишком малое наказание за то, что они совершали. — Абигель с ненавистью смотрела на повешенную.

Аглая аж приоткрыла рот:

— Кто?

— Ведьмы, конечно же…

Аглая проглотила парочку ругательств. Но выругаться хотелось очень сильно. Аглаида ведь тоже была ведьмой! И, кажется, сделала ведьмой ее. Иначе молнии и черный туман объяснить она не могла.