Отбор для Короля волков

Но неумолимо притягательной.

Осторожно ступая на скользкие от мха каменные плиты, Аглая устремилась в самый дальний уголок сада.

Тихо журчала вода, ветви скребли о высокую крепостную стену. Вырезанные из камня статуи двух девушек охраняли уединение этой части сада. Девушки были красивы холодной мертвой красотой. Их фигуры обвил цепкий плющ, мох и плесень покрыли камень. Аглая вздрогнула от странного ощущения. Как будто на старом заброшенном кладбище. В стену были вделаны бронзовые краны, напоминающие жутковатых рыб. Из их ртов и текла вода. Она наполняла большие каменные чаши. Все было покрыто плесенью от влаги.

Аглая заприметила широкую каменную скамью как раз возле одного из таких фонтанов. Ветер разыгрался не на шутку и бросал в лицо пригоршни влаги. Но уходить отсюда почему-то не хотелось. Стражники замерли рядом. Аглая устроилась на скамейке. Хотела опустить кота на землю, но тот насмерть вцепился когтями в плащ. Признав свое поражение, она позволила ему устроиться на коленях. Хитрый наглец помотал пушистым хвостом, потоптался короткими лапами и неуклюже плюхнулся, свернувшись клубком. Аглая присмотрелась: действительно клубок. Ни морды не видно, ни хвоста, ни лап. Огромный комок мягкой, серо-голубой шерсти. Мама бы оценила. Она всегда говорила, что только после того, как Аглая выйдет замуж и нарожает детей, сможет уйти на настоящую пенсию: будет сидеть на даче и вязать внукам носки, шарфы, шапки и варежки.

Если она не возьмет себя в руки, то разрыдается прямо здесь. Больше всего на свете хотелось опять стать маленькой. Протопать в мамину комнату, взобраться на кровать и устроиться под боком. А потом долго выпрашивать сказку про Кощея Бессмертного. И песенку! Песенку обязательно. А на утро капризничать, не желая идти в детский садик.

Нет, такими темпами она доведет себя до нервного срыва, и кончится все истерикой.

Глубоко вздохнув, Аглая решила приступить к выполнению своего плана.

Она прочистила горло:

— Напомните-ка, как вас звать?

Оба стражника обернулись к ней. Сказать, что на их лицах было написано удивление, — ничего не сказать. Нет, у нее точно что-то не так с внешностью.

— Я — Тобиас, княжна. — Поклонился тот, который сказал, что она тоже приказывала бить кота.

— Тристан, моя госпожа. — А это тот, который отдал ей плащ, и сказал, что она не туда идет.

— Что ж, чудесно… Что вы так смотрите?

Оба тут же опустили головы. Аглая спросила чуть громче:

— Я задала вопрос.

Стражники едва заметно переглянулись, наверное, решая, кому в этот раз вызывать огонь на себя. Решился назвавшийся Тристаном:

— Вы никогда раньше… не интересовались нашими именами…

Вот даже как?! Пожалуй, она переоценила свои возможности в поддержании образа Аглаиды. «Помни: идти на пролом. Переть, как танк».