Отец моего ребенка

Замечаю, что из просто заинтересованного взгляда он становится оценивающим. А что, перспективный жених, пусть и с ребенком, зато явно ответственный.

Секретарь усиленно строчила. Даже с каким-то остервенением, я бы сказала. Прошлое заседание она так не усердствовала. То ли судья мотивировала, то ли человек решил, что из этого получится отличный любовный роман, возможно даже бестселлер. Книга о Золушке на новый лад. Надо только ей подсказать концовку поменять. Лично я не люблю романы без хэппи энда, и думаю, мало кто любит. Плохого и в жизни много бывает, хоть в книгах все должно заканчиваться хорошо.

Можно еще добавить какую-нибудь коварную соперницу или соперника, например, делового партнера главного героя.

Перевела взгляд на Антона. Задумчив, похоже, думает, что он все-таки забыл на этом заседании. А я, между прочим, его предупреждала, что ничего хорошего из этого не выйдет, не говоря о том, как Павел на него то и дело поглядывает. Возможно, думает, что я изменяла именно с Антоном. Или мне что-то другое припишет? Впрочем, сейчас какая разница?

Сидела и спокойно слушала Павла. То и дело всплывали какие-то доказательства: фотографии, квитанции, подтверждающие, что мы жили вместе, что он оплачивал мое обучение.

Надо будет поинтересоваться суммой, наверное, ее стоит ему вернуть, не хочу быть ничего ему должна. Жаль, что он ее что-то вслух не оглашает. Впрочем, он и до этого старался не афишировать стоимость моих курсов, говорил, что это не то, что мне стоит знать и думать.

Все решится не на этом заседании. А пока сидим и делаем вид, что смотрим сериал. Причем такая хорошая постановка. Единственный невнимательный зритель — это адвокат Волкова.

Вначале он хотел одернуть клиента, сейчас просто сдался.

Павел, наконец, добрался до причины нашего разрыва. Приготовилась услышать много неприятного. В крайнем случае, Антон предупрежден, а на чужих людей мне плевать. Не факт, что с ними я еще увижусь где-то, кроме этого места. Ценное, кстати, умение — не обращать внимания на чужое мнение. Жаль вырабатывается только с возрастом.

Павел внимательно смотрел на меня. Словно сейчас его слова будут адресованы только мне, а не суду. Сглотнула, посмотрим, что скажет. В любом случае я уж точно не буду отвечать оскорблением на оскорбление

— Расставание прошло по моей инициативе.

Меня ввели в заблуждение, будто Оля мне изменила… — впервые за все слушание его голос дрогнул. — Я узнал об этом только сейчас.

Павел продолжал сверлить меня взглядом, будто что-то ждал. Интересно только чего? Я ведь и так это знала. Нет, я, конечно, рада, что он это выяснил, но прошло слишком много времени. Четыре года назад я жаждала доказать свою невиновность, четыре года назад я хотела с ним поговорить.