Парень подруги. Ты не для меня

 — Лучше тогда аниматором, чем с тобой на одной сцене позориться!

Не выдержала душа поэта… Я даже позабыла о том, как сильно хотела получить эту роль, настолько он меня взбесил.

— Сучка, — заявил мне он так тихо, что услышала только я одна, и вдруг сжал моё колено под столом своей огромной и горячей пятернёй, и я так и открыла рот в полном ауте. Дёрнулась и попыталась скинуть его руку. Но ничего не выходило. Сжал в ответ ещё сильнее моё бедное колено.

— Да сам ты козёл! — прошипела я в ответ так же тихо и еле сдержалась, чтобы не съездить по его роже сумкой с тетрадками.

 — Убери руку.

— Мир, — дрожащим голосом позвала Таня.

Мы оба обернулись на неё. Вид у неё был потерянный, лицо бледное, а в глазах самые настоящие слёзы. Снова закусила нижнюю губу — чувство стыда готово было меня сожрать изнутри. Она могла слышать не всё, но и услышанного ей оказалось достаточно.

— Пойдём, поговорим, — кивнула она на выход.

— Пойдём, — хмыкнул он и встал из-за стола."

"Направился к двери, за которой скрылся уже через три огромных шага, Таня шла за ним. Меня же трясло мелкой дрожью. Сидела и смотрела в свою тарелку с почти нетронутой едой.

И как я после всего должна с ним работать?

Да, видимо, никак.

Я не пойду на прослушивание.

Не дожидаясь, когда вернутся в столовую Таня и Мир, я взяла свою сумку и тоже вышла. Оглянулась, но их нигде видно не было. Видимо, решили не беседовать на виду у всех и куда-то отошли. Побрела к аудитории следующей пары и сидела в одиночестве, пока не пришла преподаватель и не открыла дверь.

В пустующую аудиторию вошла первой, заняла место у окна и разложила тетради, понимая, что в таком состоянии ни строчки не напишу сегодня.

Подпёрла голову рукой и стала уныло смотреть в окно. Всё пошло наперекосяк из-за Ланского. Дёрнул же его чёрт выбрать тогда меня на вечеринке для того, чтобы бросить в бассейн за непослушание… Если бы он тогда не обратил внимание на меня, ничего бы этого сейчас не было. Против воли уровень неприязни к этому парню всё рос и рос. Что теперь я вообще буду делать — не знаю. Ещё и без работы осталась из-за него. В театр не пойду, а подработка тоже накрылась медным тазом — вряд ли после случившегося Таня продолжит со мной работать… Мне теперь даже свою часть квартиры нечем будет оплачивать.

Постепенно аудитория стала заполняться студентами. Ежова не пришла. Я вздохнула, снова ощущая мерзкое чувство вины. Она явно поругалась с Ланским, и ей теперь не до учёбы. Впрочем, как и мне, в голове крутится Ланской, Ежова, прослушивание в театре, которое я пропущу с тяжёлым сердцем, но только не история театра, которую сейчас зачитывал лектор и которую хорошо бы конспектировать.

После пар так же уныло побрела домой.