Парень подруги. Ты не для меня

— Тогда… Какая разница, с кем? Займись им со мной, — сменила она тактику, что показалось мне ещё более подозрительным. Возможно, эта сука поставила где-то камеру, чтобы снять нас и показать Диане. Я не доставлю ей такого удовольствия. — Вряд ли тебя эта монашка удовлетворяет… Я же знаю, как ты любишь. Она на это просто не способна.

Налетел на неё коршуном. Прижал к стене и взял на лицо, резко дёрнув на себя, чтобы уже заткнулась. Дай бог мне её не убить.

— Заткнись, Ежова, — прорычал я. Она испуганно уставилась в ответ. Не ожидала? Я бываю и таким. — Не смей рот открывать в её сторону.

Она молчала. Поняла, что вся её затея провалилась.

— Снять нас и показать ей?

— А пусть бы и посмотрела на своего принца, дура! — ответила она дрожащим голосом. Конечно, если ты проиграла, то только и остаётся, что истерить.

— Забудь об этом.

— Тогда я расскажу ей о вашем споре.

— Это был не спор.

— Почти.

— Но не спор!

— Да кто тебе поверит? Я так это обставлю, что она на тебя больше даже и не посмотрит.

Опустил голову. Ну дёрнул меня чёрт это сказать при них! Откуда я мог знать, что увлекусь Дианой на самом деле? Ежова в самом деле может выставить всё в таком свете, что мне вовек не отмыться будет. Диана не должна об этом узнать.

— А ты помнишь о видео? — спросил я. — Ты так круто сосала Борьке… Весь мир теперь узнает, какая ты крутая минетчица. Хочешь?

— У тебя нет этого видео, — вскинула она голову. — Я у него спрашивала. Он всё удалил.

— Да? Серьёзно? — усмехнулся я.

Может, и удалил сейчас. Но мне перед этим по моей просьбе копию скинул.

Отпустил её. Достал из заднего кармана джинсов телефон, нашёл видео и запустил его.

— Ну чё? Себя узнала?

Она побелела. Думала, что за ещё один трах Борька ей поможет. Трахнул и видео удалил. Но копия у меня есть тоже. Дура. Даже не жаль её, сама во всём и виновата.

— Выключи.

Остановил запись и посмотрел на неё.

— Ты молчишь. Не говоришь ничего Диане. А я не выкладываю видео в ю-туб с распространением ссылки всему институту. Идёт?

— Козёл, — зашипела она.

— А ты-то кто? Я тоже могу начать тебя оскорблять. За твою слабость на передок. Начинать?

Молча стояла, смотрела на меня и глотала слёзы.

— Только нарисуйся ещё раз в моей жизни — и я тебя уничтожу.

Больше слушать мне ничего не хотелось. Я отвернулся от нее и вышел из квартиры, хлопнув дверью. Вот только уверенности в том, что Ежова назло мне всё равно не настучит на меня Диане, не было никакой.

Что же мне теперь делать? Чёрт его знает! Признаваться в этом самому сродни выстрелу себе в голову.