Пария

Через минуту дверь распахнулась, на пороге меня встретила молоденькая девушка в переднике.

– Я Дениза Крей, – произнесла немного дрожащим голосом, – приехала к герре Крей, я ее внучка."

"– Конечно, – радостно, даже как-то слишком, заулыбалась девушка, словно увидела что-то расчудесное, – проходите, мы вас ожидаем с большим нетерпением.

Я не обратила внимания на странные слова горничной, торопливо ступила в гостиную и закрутила головой. Дом был прекрасен. Раньше. Остались красивые витражи на окнах, орнаменты на потолке и стенах, когда-то дорогие, а сейчас вытоптанные ковры на полу. На всем лежала плотная вуаль запустения и уныния.

Через несколько минут я увидела, как сверху по широкой мраморной лестнице спускается дама. Никто бы не посмел назвать ее старушкой. Я во все глаза глядела на величественную высокую женщину в темно-зеленом бархатном платье. И это моя бабушка?

Почему же она не смотрит на меня, если так сильно хотела увидеть? Я повернула голову по направлению ее взгляда, и в ту же секунду кто-то меня схватил за руки и крепко зафиксировал. Я даже не успела ничего предпринять. Обернулась – трое высоких мужчин стояли за спиной.

– Она ваша, – раздался сверху холодный надменный голос, и я подумала, что бабушке до смерти еще далеко, как до солнца.

Потом шею сжали и сознание погасло. Когда я немного пришла в себя, мы куда-то ехали в карете. Руки были связаны, я полулежала на твердой кушетке, в голове мутилось, тошнота подступала к горлу. Хотела повернуть голову и посмотреть с кем еду, но карета дернулась, я ударилась виском и опять отключилась.

Второй раз очнулась, когда мы уже стояли. У дверей кареты разговаривали двое. Бабушка и… я похолодела. Голос Велира Хорна я узнаю где угодно. Я сцепила зубы, чтобы не завыть от раздирающей душу боли. Опять предательство, и от кого? От самого близкого человека!

– Теперь, надеюсь, я получу назад свой титул?

– Не сомневайтесь, ария Брианна Торн, – вкрадчиво произнес судья, – сегодня же подпишу бумаги.

Ария Торн? Она возвратила девичий титул? Конечно, возвращать титул Креям никто не собирается.

– Тогда, прощайте, – стук каблуков удалялся, вместе с ним и моя последняя надежда на спасение. Какое уж тут спасение, если для бабушки титул дороже внучки.

Дверца кареты отворилась, я сделала вид, что еще нахожусь без сознания. Меня подхватили на руки.

– Несите в красную комнату, – в повелительном голосе судьи я различила предвкушение, – я вскоре подойду.

Я немного приоткрыла глаза. Меня нес крепкий мускулистый мужчина, из-за широкой груди, в которую упиралось мое лицо, почти ничего не было видно, лишь мелькала зелень кустов и деревьев, затем проем двери и вот мы поднимаемся по лестнице. Сзади шел еще кто-то, значит, мужчина не один.