Пятьдесят оттенков темного

Тело Харриет содрогнулось, руки и ноги задергались, и бедра пришли в такое неистовое движение, что даже Льюису стало жарко. Достигнув своего пика, оргазм постепенно стих. Харриет задышала ровнее и начала успокаиваться. Но Льюис не хотел этого допустить.

Он просунул палец еще глубже в анальное отверстие и стал водить им по стенкам. Это пробудило в Харриет новую бурю желания, и она немедленно кончила еще раз, громко взвизгнув и закинув назад голову, — чувство овладело ею настолько, что она потеряла самоконтроль.

Ее влагалище сжалось, и Льюис утратил самообладание.

Переполняемый острыми ощущениями, он начал бешено работать торсом, пока не изверг в Харриет горячую струю. Стенки влагалища снова сократились и не выпускали его пенис до тех пор, пока не выдавили из него последнюю каплю спермы.

Успокоившись, он лег на Харриет, прижавшись к ее упругим грудям, и она обняла его плечи, давая понять, что нуждается в этой близости не меньше, чем он.

Ровена почувствовала к Харриет ревность, Крис на миг остро приревновал англичанку к Льюису. Ему тоже хотелось бы вызвать у нее визги и крики во время совокупления, вынудить ее корчиться от сладо страстия.

Его член напрягся так, что заломило в мошонке и в головке. Нужно было немедленно продолжить игры этой ночи.

— Не пора ли и нам поучаствовать в ваших развлечениях? — будничным тоном спросил он, стараясь скрыть свое нетерпение от Ровены.

Льюис откатился от Харриет и лег с ней рядом, обнимая одной рукой ее плечи. Он снял с нее повязку, она посмотрела на него и улыбнулась. Льюису тоже хотелось улыбнуться ей, но он не должен был этого делать, поэтому лицо его оставалось серьезным.

— Не жадничай, Льюис! — сказала Ровена. — Нам всем хочется позабавиться с Харриет.

— Она имеет в нашей группе такие же права, как и все остальные, — сказал Льюис. — Не нужно делать из нее игрушку.

— Расскажи это кому-то еще, — пробормотала Ровена так, чтобы ее услышал только Крис.

Харриет изумленно вытаращила глаза, она не знала, что ответить. Было бы смешно утверждать, что она не привыкла участвовать в оргиях: ведь уже несколько часов ее возбуждали и удовлетворяли совершенно чужие ей люди.

Однако активной роли в групповом сексе она пока не играла и не была к этому готова.

— Что случилось, Харриет? — спросил Льюис, заметив на ее лице смятение. — Мы тебе не симпатичны?

— Нет, вы все милые люди, — пролепетала девушка. — Но…

— Разве мы не старались доставить тебе удовольствие? — спросил Крис.

— Я всем довольна, — сказала Харриет.

— В таком случае за тобой должок, — заметила Ровена. — Только не говори, что у тебя имеются какие-то предубеждения.