Пятьдесят оттенков темного

Они познакомились четыре года назад, но сейчас, в свои тридцать девять, он выглядел даже моложе, чем раньше. Почему с годами мужчины расцветают, а женщины — нет? Во всяком случае, только не киноактрисы, сделавшие карьеру главным образом благодаря своей внешности!

Льюис задумал нечто неслыханное — опровергнуть это укоренившееся мнение, доказать своим новым фильмом, что Ровена — нечто большее, чем секс-символ. Разумеется, как и все предыдущие его картины, фильм был «обречен» на колоссальный финансовый успех. А главное — ему предстояло убедить зрителей, что Ровена Фармер умеет играть роль глубокой и страст ной женщины, а не просто обольстительной красотки.

Ровена немного побаивалась, но знала, что может рассчитывать на поддержку мужа.

— Ты держалась безупречно, — обернувшись, произнес он.

Ровена села в кресло напротив него и дрожащими руками достала из сумочки сигареты. Льюис укоризненно вздохнул, но она не отреагировала: временами она не могла без них обойтись. Ему удалось отучить ее от наркотиков, сократить количество потребляемых ею алкогольных напитков, однако пока еще не удалось убедить отказаться от последней пагубной привычки — курения.

Порой Ровену раздражало такое его почти пуританское отношение к определенным сторонам жизни, но она понимала, что лишь благодаря этому он и стал именно таким, какой он есть, и только эти качества обеспечили ему колоссальный успех.

— Нам нужна именно она! — сказала Ровена, затянувшись сигаретой. — Ты тоже так считаешь?

— Она словно бы сошла со страниц сценария, — согласился Льюис. — Удивительная удача! Какие длинные ноги! Какое поразительное сочетание внешней холодности и скрытой страстности! А ее глаза! Они выдают все, что она тщательно скрывает! Мне не терпится начать с ней работать!

Ровена давно не видела мужа таким воодушевленным.

— А как быть с Крисом? — помолчав, спросила она.

Льюис вскинул брови:

— Подберем роль и для него, я помню о нем.

— И все-таки я сомневаюсь, что она у нас задержится…

— Не сомневайся, она останется, — уверенно сказал Льюис.

— Я не думаю, что она согласится «расширить свои горизонты» настолько, насколько тебе того хочется, — язвительно заметила Ровена, обиженная его покровительственным тоном.

— Мы не станем торопить события, и к тому времени, когда она сообразит, что здесь происходит, отступать ей будет поздно.

Доверься мне, Ровена! Я неплохо разбираюсь не только в постановке фильмов, но и в женщинах.

С этим Ровена не могла спорить. У нее было много мужчин, но до Льюиса всем им было далеко. Напрочь лишенный каких-либо комплексов и совершенно раскрепощенный, он стремился выполнить любое ее желание, был готов на все, чтобы удовлетворить все ее капризы. Увы, с горечью отметила она, даже этого ей было мало.