Пламя

– Вы можете послать к нему ту танцовщицу, которая выступает перед их столом, когда она закончит? – спросила я, почувствовав, как Джульетта напряглась рядом со мной.

– Разумеется, – улыбнувшись, официантка ушла.

Я закрыла сумочку, положила ее на сиденье, игнорируя подруг, наверняка уставившихся на меня в недоумении.

– Тэйт, что ты делаешь? – обеспокоенный голос Джульетты был лишен привычной бодрости.

– Тэйт, останови ее, – попросила Фэллон, имея в виду официантку. – Не поступай так. Ты его подставляешь.

Не знаю, рассказал ли Мэдок своей жене об эпизоде с Пайпер, произошедшем в школе, но она вопреки всему понимала, насколько опрометчивым шагом являлась покупка лэп-дэнса для Джареда, даже злонамеренным.

Устремив взгляд вперед, я сжала пальцами холодную коричневую бутылку, стоявшую передо мной.

Я понятия не имела, зачем это сделала. Ощущение было как в тех случаях, когда хочешь задать вопрос или чувствуешь, что должен его задать, только в итоге понимаешь, что ответ тебе на самом деле не нужен.

Мне было больно видеть Джареда с другими женщинами, потому что я любила его. Но хотелось найти причину разлюбить. Один поступок, который подтолкнет меня с обрыва, заставить навсегда утратить доверие к нему.

– Ты хочешь, чтобы он тебя подвел, – хрипло произнесла Фэллон. Посмотрев на девушку, увидела слезы, стоявшие в ее глазах под очками. Потом перевела взгляд на Джульетту, которая смотрела на меня словно на незнакомку.

– Нет, – прошептала я скорее для себя, чем для них. Мое лицо горело от стыда. – Я хочу почувствовать боль.

Я всегда слишком легко забывала о той боли, которую он причинял мне. Больше этому не бывать. Прищурившись, Джульетта с недоверием смотрела на меня. Она не понимала, что боль придавала мне сил, что ощущать ярость было приятно. Если Джаред меня обидит, тогда, подпитываемая ею, я смогу почувствовать себя лучше.

Я одержу победу. И не буду рыдать, ждать или пытаться жить притворством, если дыру, оставленную им в моем сердце, никто не сможет заполнить.

– Твою мать.

Услышав восклицание Фэллон, я подняла глаза, придав своему лицу нейтральное выражение.

Пайпер грациозно вышла из-за кулис и лавировала между столиками, ловя заинтересованные взгляды мужчин.

Она сохранила свою красоту. И уверенности в ней ничуть не убавилось, несмотря на то что ее репутация была испорчена после истории с видео.

Темно-каштановые волосы Пайпер – длиннее, чем я помнила, – спадали волнами до середины спины, тело сияло, будто солнечные блики на поверхности воды.

Девушка была в белом лифчике-бикини, украшенном стразами, тонгах и с золотой сетчатой повязкой на бедрах, через которую виднелась ее задница. Пайпер смотрела на Джареда с наигранной скромностью.