За его спиной
О чём книга «За его спиной»
Тонкая переплестила пространство между третий этажом и землей, в мансарде добрались до окна — а там мир был завораживающе ярким солнечным кружком. Теперь, осознав скромность своего нового жилища, я невольно восхищалась папиной логикой и мудростью.
Глава 49
— Она какая-то очень бледная…
— Просто перенервничала…
— Ага, будто ты не перенервничала! Но в обмороке не валяешься…
— У меня нервная система покрепче…
— Это точно… Слушай, дай я вон там гляну…
— Ванька! Сиди спокойно!
— Да я одним глазком… Никто и не заметит…
— А вдруг у них тут камеры?
— Да не смеши меня… В этом сарае?
— Не надо недооценивать противника…
— Да они вообще, считай, покойники, отец, как узнает, глаз им на жо…
— Ванька!
— Ну а чего Ванька? Или ты думаешь, что не натянет?
— Я думаю, что тебе не стоит ругаться… Даже в такой ситуации… И еще, ты Тагира отцом назвал… Впервые…
— Блин! Да я на нервах! Это ты у нас железная, а я вообще-то волнуюсь… У меня, вообще-то, мелкий брат в опасности…
— А почему не сестра?
— Или сестра… Неважно. Главное, что, если в ближайшее время от… отец… Тагир не заявится, я сам им глаз на жо…
— Ванька! Опять? Отдай!
— Нет уж!
— Ванька! Сколько раз говорила, не смей носить оружие в школу!
— А это не оружие! Это зубочистка! Иваныч так сказал!
— Вот попадется мне этот старый маразматик!
— Эй, не обижай Иваныча!
— И не собираюсь! Просто по седой голове настучу! Может, мозги отыщутся! Ой…
— Ты чего? Чего? Плохо? Плохо, Ань?
— Нет… Ох… Все хорошо… Кольнуло чуть-чуть…
Я открыла глаза, оторопело уставилась в полумрак, на склонившиеся друг к другу фигуры, почти одинаковые в темноте: Ванька и Аня.
Ванька как раз гладил Аню по животу, словно успокаивал пока еще совсем незаметного малыша, а Аня, в свою очередь, гладила самого Ваньку по вихрастой голове одной рукой и торопливо водила другой по кровати, на которой они сидели, явно что-то пряча.
И я даже знала, что именно.
Ту самую зубочистку, которую таскал с собой Ванька."
"Я выдохнула, видно, как-то очень громко, села на кровати, тут же пронзительно заскрипевшей всеми своими проржавевшими пружинами.
Ванька и Аня тут же прекратили обниматься и одновременно бросились ко мне.
— Ты как? Ляля? Болит что-то? Тошнит? Голова кружится?
Аня спрашивала спокойным, на диво профессиональным тоном, а в глазах читалась тревога. Ванька просто сел рядом на кровати и обнял.
Я попыталась что-то сказать, но в горле было настолько сухо, что звуки не получились, только невнятный сип.
— Ваня, дай воды, — тут же скомандовала Аня, и Ванька, судя по всему, прекрасно ориентирующийся в помещении, встал, пошел куда-то, вернулся и подал мне бутылку воды.
Я жадно припала к горлышку.
— Медленней, Ляль, — нахмурилась Аня, пытаясь отобрать у меня бутылку, — набери в рот, прополощи… Потом по чуть-чуть глотай. И еще раз.
Я, пересилив инстинктивное желание пить и пить эту чудесную воду, остановилась и сделала так, как требовала Аня.
И через пару минут реально могла уже говорить.
