За его спиной

Те из руководителей городских служб, что не были замешаны в криминале, а просто здоровавшиеся с Аминовым за руку на официальных мероприятиях, полетели со своих мест с волчьими билетами и невозможностью занимать какие-либо должности до конца дней своих, да еще и с настолько крупными штрафами, что приходилось все имущество распродавать с молотка…

Короче говоря, город, конечно, до основания не срыли, но Хазаров там славно оттоптался.

И все, главное, все в рамках закона.

Просто потому, что Хазаров теперь был полностью легальным. И собирался становиться все легальнее и легальнее. Было ради кого.

Бродяга не знал, Аня ли ему такое условие поставила, или это Тагир сам, по своей инициативе перекрашивался в белый цвет, но тенденция имелась…

И она ему нравилась, кстати.

Потому что котенок его тоже стала спокойней, видя, как Бродяга работает теперь, как меняется мир вокруг них в лучшую сторону.

Иногда Бродяга думал, а получил бы он большее удовольствие, если б разобрался с Аминовым по-старинке, как они раньше разбирались с крысами?

И не находил ответа.

Те времена улетели далеко в бездну, и возврата к ним однозначно не хотелось.

Наоборот, хотелось сделать мир вокруг как можно безопасней.

Потому что в нем жить их детям.

Так что Бродяга понимал Хазара, интенсивно чистящего пространство вокруг себя. Его друг хотел, что Аня чувствовала себя спокойно и доверяла ему.

До этого было, правда, как до Китая раком, очень уж другу с женщиной не повезло… Или, наоборот, повезло? Ну вот кто бы сказал ему еще год назад, что Хазар примется спешно избавляться от всего криминального, что Хазар не пришибет с особой жестокостью тварь, похитившую его женщину и ребенка, а просто посадит в тюрягу? Нет, понятно, что условия в той тюряге такие, что лучше бы пришиб с особой жесткостью… Это и быстрее и проще… Но все же! Все же!

Женщины и их влияние на мужчин невозможно переоценить…

Бродяга думал об этом, пока стругал брусочек ножом, тем самым, что когда-то спас жизнь сыну Хазара, и получался вполне себе годный маленький меч. Как раз для детских пальчиков…

А Каз все вещал и вещал о том, насколько все поменялось, и что друзья его совсем другие стали, и как это грустно и неправильно, и что он никогда, вообще никогда…

— Слушай, а есть вообще… — перебил его с неожиданным интересом Бродяга, — ну… Хотя бы примерно в твоей башке образ женщины, которая тебя заинтересовала бы? Не только как постельная грелка?

Он , честно говоря, просто пытался отвлечься от напряжения в груди из-за котенка и того, что с ней сейчас происходило, а потому ответа особо не ждал, но Каз удивил.

Он замолчал, а затем, чуть посопев, достал телефон и тапнул по экрану, выводя заставку.

Бродяга посмотрел на картинку.

Девушка.