Пограничник. Том 3: Шамабад должен гореть!

В сопровождении низкорослого, но крепкого и кряжистого молодого сержанта, приехал он на УАЗике.

Еще утром я вернулся с ночного наряда. К вечеру же, Нарыв позвал меня в питомник. Таран, Ваня Белоус и Зарубин с подручным уже были там.

— Слушайте, разрешите вопрос, товарищ старший лейтенант. А почему вы не сообщили сразу? — Спросил Зарубин, глядя не на Тарана, а на Нарыва, сидящего у испуганной Пальмы, и нежно поглаживающей ее по холке.

— Ситуация получилась в высшей степени дурацкая, — потер спину Таран. — Один из наших ночью подсадил Пальме кобеля, когда та гуляла.

— Подсадил? Это почему же? — Рассмеялся Зарубин.

Таран замялся, прочистил горло. Мы с Нарывом переглянулись.

— Она его за мягкое место покусала. Вот и невзлюбил. Решил избавиться.

Зарубин рассмеялся еще громче. Его сержантих хмыкнул.

— Во дела у вас на Шамабаде творятся, — продолжал Зарубин, — Конечно, не мне вам указывать, но я бы сообщил немедля.

— Хорошо, что не вам мне указывать, — беззлобно заметил Таран.

— И то верно, — начальник службы собак покивал. — Ну ладно. Начотряда распорядился собачку списать с заставы. Мы ее заберем.

— И че с ней будет, товарищ старший лейтенант? Насовсем уволите с пограничников? — С грустью спросил Ваня Белоус, стоящий над Нарывом и Пальмой, что улеглась в своем гнезде.

— Посмотрим, — пожал плечами начальник службы собак. — Пока они маленькие — будет с щенками. А дальше отнимем, посмотрим, как Пальма себя будет вести. Не потеряет ли служебных качеств.

— Если не потеряет? Вернете на заставу? — Спросил Нарыв, с надеждой глядя на лейтенанта-собачника.

— Вернем. Но вряд ли на эту. Вам припишут новую собаку, товарищ старший сержант.

Нарыв вздохнул. С грустью посмотрел на Пальму.

— Жалко. Я ее воспитывал с самого молоду. Когда она еще у меня в одной руке вмещалась. А нельзя будет ее как-то нам вернуть?

— У вас, выходит, некомплект, — пожал плечами начальник службы собак. — Потому, немедленно припишут новую. Еще не понимаю, как вы тут службу несли, с одной только собакой.

— На Шамабаде сильно отделение собачников, товарищ старший лейтенант, — пожал плечами я. — Умудрялись и с тем что есть.

— М-да-а-а-а… Я вижу, что умудрялись, — Лейтенант опустил щенка под живот Пальмы.

Таран помрачнел. Зло поджал губы.

— Товарищ старший лейтенант, — начал я, — за эти месяцы мы отбили несколько нападений на участок и задержали не меньше десятка нарушителей границы. И почти все это время, Пальма не выходила на службу.